Вокруг него поднялся такой шум, что из мастерской выбежали рабочие. Механик Петя, узнав, в чем дело, начал убеждать упрямого Авдея Савельевича, что надо не мешать ребятам, а, наоборот, помочь им отремонтировать машину. Какой уж помощи было ждать от этого бессовестного человека! Едва-едва заставили вернуть похищенное.
— Ты как узнал, что это он нас ограбил? — полюбопытствовал Никита у Швабли.
Но «заклинатель змей», довольный произведенным впечатлением, удалился, храня загадочное молчание.
— Подсмотрел, ясное дело, — сказал Олег. — Жулик жулика за километр чует.
Благодаря неистовой Шуриной деятельности удалось раздобыть новые и отремонтировать старые детали мотора. Не хватало лишь коленчатого вала, и завмастерской со злорадством говорил, что легче достать новую автомашину, чем коленчатый вал для их полуторки.
— Авдей Савельич, голубчик, — пробовала подольститься к нему Шура, — ведь я же знаю, у вас есть!
Ясные Шурины улыбки, открывавшие крышки ящиков с запчастями на машинах самых скаредных шоферов, не вызывали у Авдея Савельевича никаких добрых чувств. Не помогло и категорическое письменное распоряжение директора.
— Вот что, Александра Ивановна Тараканова, катись-ка ты со своими бумажками! Не числится у меня такой детали, ясно? Не чи-слит-ся!
— Я знаю, что не числится, — вздыхала Шура, — вы хитрый, сумели бухгалтерию провести.
— Хе-хе, — ехидно покашливал заведующий мастерской, — ловкость рук и никакого мошенства. Все законно!
Помощь пришла неожиданно. Как-то снова явился Швабля, постоял около «Везделета», посмотрел в свое зеркальце и подмигнул опять приунывшим ребятам.
— Хотите, добуду вам эту самую штуковину?
— Не свисти, — хмуро отозвался Митька.
— У меня деловое предложение. Что я буду за это иметь?
— По шее! — усмехнулся Никита, не веривший ни единому слову «заклинателя змей».
— Не устраивает, — спокойно ответил Лева. — Хочу заняться общественно полезным трудом.
— Ой ты! Общественно полезным? Уморил!
— Пользы с тебя, как с воробья пуху.
Швабля не ожидал такого дружного и шумного отказа.
— Чего завякали? Что я, у бога поросенка стащил, что ли? Вам можно, а мне, что ли, неохота с настоящей машиной повозиться? Я, может, всю жизнь мечтаю шофером стать.
— Прловаливай, мечтатель!..
— Нужон ты нам!
До этого Лева был убежден, что стоит выразить малейшее желание участвовать в общем деле, как сразу же примут. Везде, где он жил, его чуть ли не силком тащили в различные кружки. Когда Шура организовала команду «Везделета», Швабле тоже захотелось ремонтировать грузовик вместе со всеми ребятами. Однако на этот раз его никто не звал. Несколько дней он вертелся на глазах у Шуры и ребят, надеясь, что они все-таки позовут его к себе. Наконец потеряв терпение, сам обратился к ним:
— Так я же Авдея разоблачил, а теперь обещаю достать… ну, эту самую…
— Твое обещание в мотор не вставишь, — сказал с досадой Митька.
— Кому говорлят, прловаливай!
Чем решительнее гнали «заклинателя змей» прочь от машины, тем больше ему хотелось работать с ребятами.
— Шурочка, давай договоримся. Притащу коленчатый вал — ты мне первому разрешишь машину вести. Идет?
— Ладно, отвяжись только!
Повеселевший Лева, послав команде «Везделета» прощальный привет рукой, многозначительно сказал:
— Морген!
И в самом деле, назавтра он появился, таща на спине мешок, в котором лежал какой-то тяжелый угловатый предмет.
Обливаясь лотом, Лева сбросил ношу к Шуриным ногам.
— Трудно свой хлеб добывал человек.
Команда «Везделета» вмиг окружила его.
— Что это?
— Не колбаса и даже не шоколадные конфеты.
Из мешка вытащили новенький коленчатый вал, еще покрытый заводской смазкой.
— Где взял? — воскликнул потрясенный Никита, сразу прощая «заклинателю змей» все обиды.
— Купил, нашел, едва ушел.
Каким таинственным способом добыл Швабля дефицитнейшую деталь, осталось загадкой, но где — об этом через несколько дней возвестил громкими горестными возгласами Авдей Савельич.
Когда «Везделет» подал первый признак жизни, завмастерской тревожно заковылял к своему запертому на огромный замок глинобитному складу. Минуту спустя он выскочил оттуда как ошпаренный.
— Стой! Остановись, говорю! — С необычайной для хромого человека прытью он помчался наперерез машине, медленно катившейся по двору.