Глава 8. Когда неприятность не приходит одна...
Добравшись до дома, Марон не обнаружила ключа под ковриком. Она, конечно, не предупреждала о дате и времени своего приезда и в целом могла бы оправдать такую предосторожность, но… отчего-то отсутствие ключа на месте сильно встревожило ее.
«Виноват этот чертов турнир!» – встряхнула головой элементарий и отправилась в сарай, где лежал еще один (лично ее) запасной ключ.
После ее проигрыша в Утгарде они не задержались. Собрались в тот же день и покинули гостиницу. Преодолев портал, Марон рассталась со своими спутниками, прыгнула в повозку и укатила в Олес.
Когда элементарий оказался у знакомой калитки, светало. Сонная, продрогшая и вымотанная Марон ввалилась в свою каморку, забралась на кровать и… горько зарыдала. Она ревела почти до самого завтрака, пока не отключилась, а уже вечером, хорошенько приведя себя в порядок, отправилась к Вальтеру.
Хозяин таверны встретил ее радушно, но немного насторожено.
-Плохие дела творятся в городе, Марон, - шепнул он ей на ухо. – Уезжайте немедленно.
Девушка испуганно взглянула на него: он назвал ее Марон? Что ж, все действительно плохо…
И словно в доказательство его слов в таверну вошли стражники во главе с командиром Феликсом Шоу.
На мгновение жизнь в заведении остановилась. Молодой командир внимательно оглядел помещение и каждого присутствующего. Взгляд его упал на Вилану, которая удивленно рассматривала его с головы до ног. Он шагнул к ней и жестким, холодным голосом осведомился:
-Марон Маргроуф? У меня есть предписание взять Вас под стражу по подозрению в сговоре с шайкой разбойников и воров, именуемых себя «Волками», а также в укрытии информации касательно Ваших магических способностей. Если Вы проследуете за нами добровольно, то суд рассмотрит возможность смягчения Вам наказания.
Едва он договорил, Вилана недоуменно повернулась в сторону подруги и тихо спросила:
-Марон, что это значит?
Элементарий не ответила. Белая, как мел, она протянула свои руки командиру. Тот, находясь под пристальными взглядами присутствующих, подошел к ней и застегнул наручники. Вокруг железа полыхнул огонек.
-Ваша магия заблокирована, - отчеканил военный. – Если Вы попробуйте снять артефакт – будете немедленно убиты. Если попробуете колдовать – будете убиты. Если попробуете не подчиниться – будете убиты. Вы меня поняли?
Марон кивнула, сил говорить не было. Ее отконвоировали в закрытый экипаж – не слыханная, но вполне оправданная роскошь. Напротив нее сел сам Феликс. Но это соседство не обрадовало девушку, наоборот, она испытывала острое чувство стыда.
Когда карета тронулась, из глаз ее потекли слезы. Тихая паника накрыла ее с головы до ног, словно в издевку оставляя ясность мышления и онемевший от страха язык.
Они подъехали к городской ратуше, где толпился народ. В Олесе быстро разносятся слухи, особенно пикантные: рядом с простыми людьми долгое время жил маг (элементарий, но разницы для смертных не было никакой), а никто его так и не вычислил! Хотя, стоило девушке выйти из экипажа, как в спину ей тут же полетели оскорбления. Оказывается, чуть ли не треть населения Олеса «догадывалось» о способностях девчонки!
И многих людей Марон знала в лицо. В домах многих мыла полы, вычищала золу из каминов и печей, стирала и штопала белье.
Элементария вывели из кареты и под конвоем сопроводили внутрь. Крики и роптание остались за дверями.
Зал городского суда был… ужасно тесный и маленький. И насквозь прокуренный! У противоположной стены стоял длинный судейский стол, за которым восседал городовой, г-н Уоллон. Уже старик, с обвисшей кожей и сморщенными руками. Марон не раз прислуживала у него в доме и знала о его скверном характере, который, видимо, передавался по наследству. По правую руку от городового – Блото – Справедливый. Он хмуро сверлил глазами Марон и иногда что-то шептал г-ну Уоллону. По бокам от них сидели дворяне, половину из которых девушка знала лично.
Но одно лицо привлекло особое внимание: незнакомка, что жила в доме старой леди Эстерн. Красавица, которой Шоу помогал выбраться из кареты и с которой Марон столкнулась на пороге магазина перчаток и зонтиков.