На арену опустилась тишина. Соперница ударила первой, не давая возможности Марон соединиться с остальными. Она не жалела ни сил, ни огня, ни, кажется, свою команду, в которую нередко прилетали ее выплески. Марон в жизни никогда так не скакала, не уклонялась и не носилась, запертая в паре квадратных метрах! Наверное впоследствии, попроси кто повторить все те трюки, которые она совершила в тот день на арене Северных соревнований, она бы не вспомнила и половины. Измазанная, измотанная, вспотевшая, она добрых полчаса уклонялась от стремительных атак соперницы. Но несмотря на все силы, слепой сумасшедший огонь иногда находил свою цель. Где-то уже вздулась кожа, где-то подпалился клок волос. Грязь, пыль, стремительная потеря сил и ни единого шанса на атаку.
И вдруг, откуда ни возьмись на чокнутую девку вылился такой столп воды, что даже ее соседки слегка отпрянули, брезгливо стряхивая с дорогих костюмов капли.
Фрей! Дорогой, любимый друг! Он пришел ей на помощь! Он пришел на помощь даже тогда, когда сам едва справлялся с воздушницей! Сердце Марон преисполнилось такой теплоты, что она на мгновение улыбнулась.
Мокрая как курица соперница в истерике взвыла и попыталась атаковать нахального юнца, но тут уже подоспела Пташка и шарахнула по ней таким разрядом, что та едва успела отскочить. Однако молния все же ее задела. Девушка взвыла, придерживая дымящуюся руку.
Удар, но мимо. Пташка увернулась, налету создала шаровую молнию и шарахнула ей по земле так, что та затряслась. Соперница была к ней ближе всего, и Марон видела, что та на границе своей зоны. Расчет был простым – заставить засранку оступиться. Что и было сделано.
-Победа «Лесного волка»! – заорала арена, оглушая всех вокруг.
Но Марон, наученная горьким опытом, была начеку. И, как оказалось, не зря.
Огневица взвыла почти волчьим воем и пустила в Пташку огненную стену.
-Остановись! Что ты делаешь, дура?! – услышала Марон испуганный голос Йоль.
Пташка попыталась отразить удар. Она посчитала, что распознала его, однако две силы столкнулись, произошло нечто… удивительное и страшное.
Марон потом вспоминала, что даже не успела поднести руки к лицу, как ее объяло пламя. Она зажмурилась, готовая умереть, но…
Секунда, другая. Еще одна. И еще. Ничего не происходило. Она уже умерла? Скорее всего да, иначе не было бы так тихо. Значит, можно открыть глаза, что Марон и сделала, выждав еще несколько мгновений.
Вокруг – все та же арена, все те же лица, только перепуганные и, кажется, слегка поседевшие. Они будто не дышали, смотрели на Марон, словно замерли в моменте. Или это время замерло? Перед смертью всегда так?
Марон оглядела свои руки. Они были в грязи, крови и ожогах, но относительно целые. Ноги, тело, головы – все на месте.
-Невероятно! Это был Апперхейм! Стена огненного Апперхейма! И после него наша красотка осталась целой и невредимой! Невероятно! Фантастика!
Волна звуков ворвалась в уши. Марон поморщилась. Голова закружилась. Она заметила, как к ним бегут люди. Орен? Да, это был он.
-Марон? Марон, ты как? Ты меня слышишь?
Конечно, она его слышит! Чего орать-то так?
-Орен, у нее кровь, - всхлипнул Фрей.
-Вижу.
Кровь? Где? Марон дотронулась до кончика носа. Да, из носа. Так вот что ее так щекотало!
Тем временем бандит подхватил ее на руки побежал прочь с арены. За ним – вся остальная команда. Головокружение усилилось. Звуки, краски, люди – все смазалось в одну однородную кучу. Кажется, ее уложили на стол.
-Марон, слышишь меня? Только не теряй сознание, слышишь? Смотри на меня. Смотри и борись со сном.
-Не придется, - буркнула она наконец. – Мне твое лицо уже в кошмарах чудится.
Орен и остальные оторопели. Марон тем временем, почувствовать себя лучше, села. Голова еще немного кружилась, но было вполне сносно. Ее больше волновали ожоги, которые нещадно болели.
-Тут доктор есть в конце концов?! Руки ужасно болят.
Подлетел вчерашний врач с кислой улыбкой на сухом лице.
-А другой есть?
-Я сам обработаю, - заявил Орен.
-Доктор, я вся Ваша! – распахнула радостные объятия врачу Марон.