Разбежавшись, он запрыгнул на ровную поверхность деревянного забора, который имел размах как раз под его ногу. Он продолжил бежать уже по забору, чего нормальный человек не сможет и упадёт из-за балансировки. До ближайшего дома десять шагов, однако позади уже раздаётся шум рыхлого движка с тяжелым чёрным дымом, исходящим от прорабатывания поршнем метана.
-Давай-давай! Этот мудак что-то скрывает! И я хочу знать, что это! –закричал обладатель стриженной головы с выпирающими волосинками на лбу. Его зовут Гвоздь.
-Почему каждый раз он меня находит, когда я прохожу мимо их района, – на десятом шагу он сделал прыжок на балкон дома напротив, а затем залез на него, и так четыре раза, после оказался на крыше дома.
–Налево, вроде. – сказал он и побежал к мелкому обрыву между домами. Когда он перепрыгивал его, случайно зацепил интересную картину. Гвоздь достал свой семизарядный револьвер с кинетическими пулями.
-Я очень не хотел бы его применять именно на тебе, хотя применить его в принципе очень хочу. – заорал Гвоздь.
Винни нельзя было остановиться, если он решил бежать от кого-то или чего-то, то это окончательное решение. А револьвер в руках этого больного лишь подгонял его.
-Так, чтобы добраться до туда, мне нужно проскочить через двенадцать домов. На пятом надо уже обойти сам дом, иначе он-то реально может меня завалить, – в какой-то момент забыл сказать вам, что здесь все понимают друг друга, даже если не имеют чипов и т.п. с детства, потому что по всему миру включён автоматический перевод с помощью радиоволн, так что не удивляйтесь некоторым вещам.
-Винни, не заставляй меня стрелять. –сказал громко Гвоздь, тем временем бегущий по лезвию, а в данном случае по дулу пистолета, Винни допрыгнул до крыши пятого дома, а затем испарился. –Эй! Где он!? Какого чёрта? –Винни обошёл пятый по числу проходимых дом и медленным шагом, ступая по краю земли, осматривал огромный подводный мир под своими ногами, который был примерно в шестнадцати метрах высоты от него.
Так он прошёл за десяток минут несколько домов и оказался перед очень неудачной ситуацией в принципе. Один из домов был построен задней частью на краю, и там невозможно было пройти.
-Гениально, просто гениально! Создателю респект! – он прошёл в переулок и глянул на бессмысленные окна, ведущие в сам переулок, которые не имели выпуклостей, и подняться было никак.
–Зачем?! Зачем сюда ведут эти идиотские окна?! Никогда не пойму русских производителей! Ладно, придётся зайти внутрь, – у выхода на улицу, в переулке, была дверь, он спокойно открыл её и зашёл внутрь. Она вела в нереально отвратный холл, который так или иначе было отрадно видеть, если на нём хотя бы что-то не написано.
–Главное не дотрагиваться и всё…
Винни, преодолевая тремя шагами лестницу за лестницей, добрался до пятого этажа и чуть от осознания не ударил дверь поблизости.
-Серьезно?! Нет выхода на крышу?! Ух… - он постучал в дверь из коричневой кожи, на что получил посыл куда непонятно.
–Извините, а у вас есть выход на крышу? Мне очень надо!
-Пиндос чё ли? – послышался женский голос, Винни не понял, что она этим хотела сказать. Дверь отворилась, и там стояла массивная бабушка лет пятидесяти пяти, со странным платьем, на котором было много разных розоватых цветов. Тело было обвисшее, а на плече красовалось полотенце разных цветов.
–Тебе чё надо?
-Прошу прощения, могу ли я воспользоваться вашим выходом на крышу?
-Не поняла. Чё ты ляпнул?
-На крышу хочу выйти, – сказал он, указывая пальцем вверх.
-А, тебе вон туда,и – она указала на лестницу, ведущую вверх, находящуюся над камином, чего Винни вообще не понял. – И не сломай мне там ничего.
Он кивнул и в пару шагов поднялся на крышу восьмого по счёту дома.
-Так, ещё четыре, и я на той стороне, главное - успеть.
-Где же ты, Винни! Я тебя уже полминуты ищу, а я так не люблю, – послышалось с улицы из мегафона.
-Чёртов псих, так и не собирается отстать от меня, – Винни припустил голову и пошёл гусиным шагом на следующую сторону. На переходе он снова проверил, где Гвоздь, и, не увидев его нигде, разогнался и перепрыгнул. Вдруг стенку слева от него пробило насквозь, он упал и сжался, а затем огляделся и увидел, что четверть стены вовсе отсутствовала.