— Не было такого, — буркнула Эм. — Какого числа это было?
— Двадцать восьмого июля.
Сёрфер с недовольным видом открыла меню своей корневой папки.
— Двадцать восьмого числа мы работали со складом компании «Вальянт и Ко».
— Работали?
— Грабили! — выкрикнула Амэтэрэзу. — Они застрелили там пятерых, и я отвалила! Я не хотела участвовать в этом дерьме! Доволен?!
— Есть доказательства? — так же спокойно ответил Робинсон.
Эм без лишних слов перекинула ему видео.
— Да, да, передам инфу своим. Ещё вопрос, как ты нашла квартиру рядом с жильём Марка?
Девушка явно растерялась, сбитая с толку вопросом.
— Через друга, — осторожно ответила она. — Он как узнал, что я в жопе из-за Заремы, решил помочь. Укрыл меня там.
— Заказ на неё ты не от него получила?
— Да, — Эм не понимала, к чему клонит этот здоровый мужик в униформе штатного сотрудника полиции.
— Так, — Робинсон задумался. — Как тебя нашёл головорез Заремы, если укрытие было настолько надёжным?
— Я…я не знаю!
— Насколько раньше Марка он появился у тебя?
— Три, может пять минут, — девушка ответила уже тише.
— Как он себя вёл? — Робинсон выбил сигарету из пачки и чиркнул колёсиком бензиновой зажигалки.
— Спокойно поначалу, сказал, что Зарема хочет, чтобы я вернулась, — девушка жестом попросила сигарету, и здоровяк выбил из пачки ещё одну штуку, Эм нервно закурила. — Я согласилась, а потом он будто взорвался, начал орать, что я неблагодарная сука, ударил в лицо. Сразу же в дверь постучали, а он выбил её и попытался Марка убить. Я его застрелила, а дальше…
— Ладно, хватит, — здоровяк увидел, как приближается учэвак. — Думаю, вы уже сами дальше разберётесь.
Его забрали, а Марк прижался к мотоциклу, будто к единственному другу в этом мире.
— …Цитирую вас, доктор Орха. Вспышки неконтролируемого гнева возникают у человека с нестабильной работой имплантов или корневой платы.
— Скотт, вы выдёргиваете мои слова из контекста (нервный женский голос). В моей книге говорится о причине сбоя поведения в силу давления внешних факторов.
— Тем не менее, мы бы хотели узнать, какова роль железок в голове в формировании девиантного поведения индивида…
— Куда мы сейчас? — спросила Эм,
— Предлагаю напиться и поговорить, — Марк выругал себя за недавнее недоверие к Амэтэрэзу. — Я что-то вымотался.
— Этот парень, Робинсон, — девушка вздохнула. — Он вёл к тому, что я могла тебя подставить?
— Не совсем, — Марк остановил мотоцикл. — Нужно найти бар на окраине.
Ближайшим оказался бар «Кентавр» для байкеров. Они доехали до грунтовки и свернули в сторону полей. Мотоцикл громко трещал, пугая мелкую живность и насекомых.
— …Доктор Орха, давайте оставим гипотетические размышления. Представьте, что есть человек, который боится ставить базовую плату из-за того, что его поведение изменится.
— В контексте обычных рассуждений я не смогу опираться на науку, и мои рассуждения начнут напоминать бесполезную трескотню в Сети.
— Давайте попробуем, доктор (голос ведущего успокаивал и лучился доброжелательностью). Поддержим доктора!
— Доктор Орха! Доктор Орха! (стройный хор голосов).
— Ладно, ладно (женский голос смеётся). Первым человеком, которому была смонтирована полноценная корневая плата, оказался белый мужчина сорока лет, за свои преступления получивший пожизненный срок. В обмен на возможность выйти из тюрьмы, он согласился на хирургическое вмешательство. Технология отрабатывалась на мартышках и некоторых крупных животных, но это оказался первый человек, ставший первым исследователем нового века.
— Да, это была жестокая ирония (ведущий делает паузу). Убийца и насильник становится главным исследователем новейшей прорывной технологии.
— Он заплатил за это очень дорого, Скотт (в голосе женщины слышится укор). Результатом первой операции был паралич нижней части тела, хирурги не могли определиться к каким нервным узлам подключить устройство. Через год тяжелейших операций они достигли понимания и смогли смонтировать плату в мозгу правильно, учитывая размеры устройства и подобрав нужный материал для полной совместимости. Это был прорыв.