— Ничего не нашёл? — спросила Нора.
— Хуанита, а вы из этого дома что-нибудь выносили? — спросил он Хуаниту.
— Выносили, — суетливо начал перечислять предметы муж Хуаниты. — Телевизор взяли, хороший телевизор, рабочий. Диван взяли, стол сожгли вместе с телом, шкаф не трогали, вещи не трогали. Фотографии остались, вещи остались, не наши, плохим пропитаны.
— Мы не бандиты, — старушка снова болезненно поморщилась и схватилась за бок. — Как уже говорил мой муж, мы оказались за бортом жизни. На нас наплевали все, многие из тех, кто в нашей общине, занесены в чёрные списки работодателей по причине здоровья. Мы с радостью уйдём дальше, если здесь появятся хозяева и их дома будут прибраны и пригодны для жилья.
— Не укладывается в голове, — Карла достала из кармана фляжку, сделала несколько глотков и выдохнула. — Ладно, ладно, вы не те, на кого похожи. Безумные фанатики очередного мифического бога. Но я хотела бы вам помочь.
— У нас есть пособие по безработице и вера, — старушка улыбнулась. — Большего и желать нельзя. Деньги нам нужны на продукты и туалетные принадлежности, этого хватает, чтобы молиться и жить в чистоте.
Карла всё же настояла на визите знакомого доктора, а Марк, посоветовавшись с Норой и позвонив Эм, выделил небольшую сумму на покупку одежды. Они пытались узнать, где похоронили девочку, жившую вместе с жильцом дома номер четыре, но про неё никто из жителей никто не знал.
— …Итак, мы завершаем передачу. Мы отпустим доктора Вонга, похлопайте ему за его отвагу и мужество рассказать правду. Маркус, вас встретят два человека на выходе, они с вами будут до того момента, пока вас с семьёй не увезёт транспортник.
— Спасибо вам, спасибо (голос инспектора дрожал, кажется, ему самому стало легче). Скотт, пусть вас хранит Господь.
— Идите, Маркус. Итак, причины скачка раковых заболеваний кожи, лёгких и внутренних органов мы выяснили. Забастовка рабочих может продлиться не одну неделю, и в городе уже нарастает недовольство существующим укладом деятельности властей. Я думаю, что скоро весь город выйдет на пикеты. Или же власти обратятся к помощи департамента и будет введено военное положение.
Вернулись они в «Синюю звезду» уже под вечер. Рядом с баром выстроились в ряд несколько фермерских пикапов, пахнущих навозом, свежим сеном и ацетоном. Похоже было, что фермеры пытались вывести запах навоза с помощью химикатов, но не очень преуспели.
— Переночуете у меня, — Карла подкинула монетку, задумчиво глядя, как она переворачивается в воздухе, поймала и снова убрала в карман. — Уже поздно и на дорогах сейчас…
— Мы не сможем остаться, дорогая, — Нора извиняюще улыбнулась. — Завтра наши хотят выезжать, и мне бы хотелось их проводить. Плохое у меня предчувствие.
— Да иди на хер со своими предчувствиями, — Карла не знала, куда деть руки, поэтому засунула их в карманы штанов. — Всё с ними будет окей. Хотя я и не понимаю, на хер они уезжают. Джек мёртв, банда его уже не оправится.
— В городе назревают беспорядки, а, значит, экономически невыгодно здесь задерживаться. Твои фермеры будут нести тебе монеты, потому что без их жратвы хрен кому прожить. А наши…услуги пока будут не востребованы.
— Как скажешь, — Карла упёрлась и не желала признавать правоту Норы. — Только будьте осторожнее. Маркелло, если ты, это ты, будь настороже. Я не знаю, какого хера тут творится, но кажется мне, что ты попал в глубокую задницу. Береги себя и Нору.
Она не прощаясь подошла к двери бара и рванула её на себя. Изнутри послышалась музыка, гомон голосов и пахнуло спёртым воздухом.
— И ты себя береги, Карла, — ответил Марк в пустоту.
Наёмник и сам не хотел задерживаться. Он боялся оставлять Эм надолго одну, поэтому сейчас рвался к ней и всей душой переживал их расставание, даже на день. Он решил, что пришло время и набрал её номер.
— Привет, — он дозвонился только раза с третьего, видимо, она снова занята своими боевыми тренировками.
— Марк! Как ты? Как вы съездили? — она очень обрадовалась, но Марк заметил, что она нервничает.
— Хорошо. То есть не совсем. Ничего не нашли, но Карла, здешняя бармен, она, похоже, меня узнала. Ну, или не меня. Как у тебя?
— Есть информация по фотографии… — Эм замялась. — Я нашла кое-что. Та женщина, Алесса Францеско, с фотографии, она действительно лежала с беременностью в госпитале Святого Петра. Но, тут такое дело…
— Что, Эм, не томи.
— Она родила девочку, но та прожила всего неделю. При родах повредили кровеносную систему ребёнка, потом пытались выходить, но не вышло. История громкая была, все СМИ это несколько недель мусолили.