Пулемёт замолчал, а потом послышался знакомый голос, усиленный аппаратурой.
- Жители и гости этого мотеля, прошу выходить. Вам ничего не угрожает. Сейчас мои бойцы зайдут внутрь ваших домов и вежливо попросят вас выйти на улицу. Советую не сопротивляться и оказать им полное содействие. Я никоим образом не хотел бы лишнего кровопролития.
Марк заметил, что бойцы рассредоточились по территории и начали выбивать двери в номера. Вначале вывели семью из трёх человек: пожилой джентельмен, уже почти одетый, совершенно растерянный, растерянно осматривался и прижимал к себе девушку лет двадцати. Та держала на руках дочь, девочку лет пяти. Та испуганно озиралась и всхлипывала.
- Семья, это самое святое, что у нас есть, - громогласно провозгласил Расул, стоявший на грузовике. - - Как тебя зовут, отче?
- Рас…Рассел, - старик заикался, но, даже будучи испуганным, старался прикрывать девушку с ребёнком своим телом от автоматов. – Не трогайте их. Они…они ещё молодые. Не трогайте их.
Треснул пистолетный выстрел, старик дернулся, и завалился на девушку с ребёнком, увлекая их за собой на землю. Девушка закричала, ребёнок тоже, оглушённый выстрелом.
- Сгоняйте всех в первый номер, - распорядился главарь. – Охрану выставьте, чтобы не разбежались. Если будут выступать, стреляйте.
- Но командир…Ребёнок же… - попытался вступиться за них один из бойцов Расула.
Главарь лишь усмехнулся, поднял автомат и выпустил очередь. Пули перечеркнули тело бандита, того отшвырнуло на землю.
- Ещё возражения есть? – Расул осмотрел остальных. – Возражений не вижу.
Бойцы направились ко второму домику.
- Уроды, - прошипела Нора. – Бляди. Как вас земля ещё носит.
- Они скоро доберутся до нас, - Марк ещё раз осмотрел помещение и нашёл то, что ускользнуло от его взгляда с самого начала. – Наверх! Только тихо.
- Я не буду прятаться, - Нора злобно скривилась. – Ссыкуны вы все!
Марк не успел ничего сделать, как она распахнула дверь и вылетела наружу, двумя короткими очередями свалив двух бандитов, толкущихся в ожидании возле двери. Откатилась к машине, и пока все соображали, выпустила в главаря весь оставшийся магазин. Он стоял на возвышении и был прекрасной мишенью.
- Бегом наверх, - прошептал Марк. – Бегом!
Эм не стала сопротивляться, она дёрнула крепление и быстро засеменила наверх в образовавшийся провал. Наёмник, не оглядываясь, рванул вслед за ней. На улице стреляли, но они уже захлопнули дверцу чердака и тяжело дышали, глядя друг на друга.
Потом заработал пулемёт, прошивая комнату насквозь. Пули не щадили ничего, разорвав кровать в клочья, разбив старенькие часы и расколов зеркало в ванной на множество осколков. Пули вспороли вещи Амэтэрэзу и Марка, разорвав рюкзаки и одежду. Последней очередью пулемётчик перечеркнул чердак, на котором они сейчас укрылись, но лишь зацепили одежду Марка. Хлам, оставшийся здесь после ремонта, погасил движение пуль.
- И так будет с каждым, кто окажет сопротивление, - вновь послышался голос Расула. – Неужели ты думала, женщина, что сможешь меня убить? Мы – «Феникс». Мы возродимся даже после того, как наша душа покинет тело.
- Гавно, эта твоя пропаганда, - проворчал Марк. – Броник нацепил, и всё, богом себя почувствовал.
- Они её убъют, - тихо сказала Эм. – Зачем она это сделала?
- Дура она, - выругался Марк. – Могла бы ещё отомстить за Карлу, а сейчас что? Мы даже помочь не сможем, они нас расстреляют в момент.
- За то, что ты сделала. За то, что подняла руку на самого главу «Феникса», тебя ждёт почётная смерть, - усиленный голос Расула разнёсся по окрестностям. – Тащите мебель, мы должны проводить этого воина в последний путь.
Возня. Отчаянная злость внутри за то, что нельзя ничего сделать. Можно оттянуть момент на себя, убить ещё несколько человек в отчаянном рывке, но вот что-то внутри заставляет сесть на месте и не шевелиться.
Амэтэрэзу видела всё, даже в этом тёмном закутке, заваленном остатками досок и старыми вещами. Она смотрела через камеры на всё происходящее, и точно так же, как Марк, ругала себя последними словами. Ненавидела себя, хотела стрелять, убивать этих уродов, но ноги будто приросли к полу и отказывались подниматься.
Нора была ещё жива. У неё отобрали автомат и теперь тащили прочь со двора. Камера на баре, Амэтэрэзу как заворожённая смотрела за тем, как женщину бросили на землю и ломали мебель, пытаясь сделать из неё большую кучу. Девушка не выключила передачу даже после того, как Расул прострелил Норе оба колена. Та кричала от боли.