План был прост, как мычание коровы, которую в кузове этого пикапа перевозили недавно. Нужно было свернуть в район «Атлантис», который был огорожен стеной по периметру, потом найти двадцать девятый дом. Марк загнал пикап на стоянку перед домом, поставив машину рядом с дорогой «Акватиро», дорогим авто бизнескласса.
Дальше же им предстояло получить разрешение на передвижение по городу в ночное время и ключи от квартиры. Их встретил у дома мужчина, передавший им электронный ключ и пластиковые удостоверения, после чего быстро забрался в «Акватиро» и уехал.
- Переждём до утра или двинемся сейчас? – спросила Эм.
- Мы рядом с тем местом, где нужно искать следы того парня, - задумался вслух Марк. - Просто не будем попадаться на глаза патрулям, поэтому сможем спокойно работать.
- Вот только плана у нас нет от слова «совсем», - фыркнула сёрфер. – Или будем показывать его фотку и спрашивать, мол «у нас тут друг в неизвестном направлении свалил, не видели его»?
- Вначале осмотримся, - Марк проверил, всё ли они забрали из машины. – Робинсон так и не сказал, зачем он сюда наблюдателя заслал.
- Послушай, - Амэтэрэзу тронула его за плечо. – А тебе не кажется всё это странным?
- Что именно?
- Да всё, - она неопределённо повела руками, изобразив нечто среднее между куском ткани и пойманным лососем, потом начала загибать пальцы. – Ну вот эта ситуация с военными? Первое – здесь наёмники из международного легиона, они не работают с правительственными организациями кроме как на истреблении боевиков в военных кампаниях. Второе – мэрия не свалила даже в самый жаркий сезон забастовок, когда группировки решили поделить город. Значит…
- Значит, у них здесь есть нечто, что представляет офигенную ценность.
- Да, вот только я не смогла найти ни единственной зацепки в Сети, - Эм вздохнула. – Попыталась прочитать доклад с допроса Расула, но кроме того, что он сказал тебе, нового по этой ситуации не узнали. Они должны были ждать команды Тельмы на атаку какого-то объекта в центре, но мы их раньше разгромили.
- Давай сосредоточимся на задаче. Пропавший – Андреа Сезаро, белый мужчина среднего телосложения, волосы русые, на лице татуировка глаза Ра на левом глазу. Не женат, детей нет, любовница живёт вместе с ним. Робинсон промычал что-то про наблюдение за группой легионеров, но больше и слова не сказал.
- Всё, как всегда, - заключила Эм. – Я подключусь к камерам, где-нибудь с щитка рядом и поставлю передатчик. Потом, из квартиры всё просмотрим.
- Мечтаю, что когда-нибудь у нас будет своё место, - ответил Марк. – Купим лодку, займёмся рыбным промыслом. Сможем жить спокойно и никого больше не убивать.
Эм вдруг порывисто поцеловала его в губы и крепко обняла.
- Я тоже мечтаю о мирной жизни, - шепнула она. – Мы можем уехать прямо сейчас.
- Мы уже обсуждали это, принцесса, - сказал Марк тихо. – Мне нужно найти дочь, пусть я её даже не помню. Потом мы сразу же уедем, я обещаю. Хотел бы я, чтобы ты уже сейчас отправилась к побережью.
- Мы это тоже обсуждали. Я с тобой до конца, - Эм крепче прижалась к нему.
-…Спасибо капитану за подробную информацию (голос диктора дрожал). Мы будем держать вас в курсе событий. А пока я передаю слово нашему второму ведущему, Хамано. Спасибо за то, что были со мной, ваша Майя.
- Спасибо и тебе, Майя (бодрый молодой голос ворвался в эфир)! Хэй, народ, у нас хорошие новости, сегодня, как мы уже знаем, разрешается устроить себе возможность отдохнуть. В центральном районе уже заработали бары и клубы. Так что гуляем. А сейчас для всех вас прозвучит композиция «Великая нация»…
Марк с Амэтэрэзу ошарашено озирались. Они думали, что пойдут по безлюдным улицам, где будут проезжать лишь машины наёмников, но на Вашингтон-стрит было не протолкнуться. Народ гулял вовсю: толпы менеджеров среднего звена, проститутки, продавцы контрафактом. Не было, не было даже ощущения уныния, несмотря на то, что на улицах ещё видны были последствия погрома. Капал мелкий дождь, но не было видно зонтов, люди будто пытались промокнуть, впитать эту живительную влагу, очиститься от ощущения беспомощности.
Глава шестнадцатая. Часть первая.
Эм щурилась, девушка отвыкла от ярких неоновых вывесок. Кажется, город включил всю свою иллюминацию, чтобы показать, что он жив и может выкарабкаться из любой передряги. Не хотелось никакого задания, просто идти по улице с этими счастливыми людьми и, как они, впитывать капли ядовитого дождя кожей. Кажется, она плакала, потому что понимала, что это всё иллюзия, что всё не может закончиться хорошо, но шла дальше рядом с человеком, которого так сильно любила.