Двери открывают около семи, когда к воротам подъезжает грузовик с продуктами…
Розалин решила дождаться утра, а если Лиз не объявится, пойти в благотворительную организацию самой. Но ночь тянулась бесконечно долго.
Когда часы пробили шесть, она оделась и выскользнула из комнаты.
Сонные коридоры были пустынны. Ученицы еще спали. В темноте пробираясь в холл, Розалин не встретила ни единого человека. В холле она притаилась за одной из четырех колонн – напоминание о былой роскоши особняка – и стала ждать.
В семь часов появилась директор, мадам Арлетт, в пальто и со связкой ключей. Зевнув, она неторопливо зажгла свет, отперла двери и вышла на улицу.
С замиранием сердца Розалин ждала, что с минуты на минуту в холл войдет Лиз. Но директор вскоре вернулась, а подруги не было и следа.
Продежурив у двери еще с полчаса, Розалин поняла, что пора приступать к активным действиям. Но стоило ей выйти из-за колонны, как…
Вернулась мадам Арлетт. От ее расслабленности не осталось и следа. Нервно поправляя прическу, она как была, в юбке и блузке, выскочила за дверь на мороз.
Может быть, директор узнала о пропаже ученицы? Розалин решила продолжить наблюдение.
Через пару минут мадам вернулась в сопровождении интеллигентного молодого мужчины с прилизанными волосами. На его черном пальто не было ни пылинки, а идеально начищенные ботинки блестели так, что было видно даже с места Розалин.
Директор так и суетилась вокруг него.
– Пройдемте в мой кабинет, мистер Колинз! – донеслось до ушей Розалин. – Не желаете ли чашку чая?
– Я желаю скорее покончить с делом, ради которого мне пришлось тащиться через полгорода в такую рань! – процедил сквозь зубы мистер Колинз.
И они скрылись в ближайшем коридоре. Розалин не могла представить другого срочного дела, кроме исчезновения Лиз. Может быть этот человек – детектив, который будет ее разыскивать? Или ее дядя? Странно, что никто не пришел в комнату Розалин, чтобы проверить, где Лиз.
Прошмыгнув в тот же коридор, Розалин дождалась, когда мадам Арлетт и «детектив» скроются в кабинете, а затем подошла к директорской двери. Если кто-то увидит ее – она скажет, что пришла сообщить о пропаже Лиз. Но учебные классы находятся в другом крыле, и сейчас здесь не было ни души.
Розалин приложила ухо к замочной скважине.
– Садитесь, прошу вас! – голос мадам Арлетт оставался все таким же нервным.
– Это лишнее. Я не собираюсь задерживаться. Как вы понимаете, я очень занят, – ответил мистер Колинз. – Я пришел, чтобы вы не поднимали шума из-за девочки.
Розалин затаила дыхание.
– Из телефонного звонка я поняла, что… – неуверенно проблеяла директор.
– Я должен заверить вас, что сэр Уоррен лично занимается этим вопросом, но нет оснований думать, что девочка вернется.
Повисло долгое молчание. У Розалин внутри похолодело.
– Но как я объясню это ее дяде? – тонким голосом спросила мадам Арлетт.
– Да как хотите, – отрезал мистер Колинз. – Скажите, что произошел несчастный случай. Я навел справки: дядя вряд ли будет опечален.
– О Боже! Несчастный случай? – пискнула мадам. – В моей школе? Немыслимо!
– Пусть будет несчастный случай в «Надежде». Она была там. Главное: имя сэра Уоррена не должно упоминаться!
Розалин услышала достаточно! Со всех ног она бросилась бежать по коридору. Сердце лихорадочно стучало, а глаза щипали слезы.
Лиз не вернется! Об этом позаботится некий сэр Уоррен! И они хотят все свалить на несчастный случай!
***
Ворвавшись к себе в комнату, Розалин захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Взгляд ее упал на нетронутую кровать Лиз. Она утерла слезы.
Кто такой сэр Уоррен? А посетитель мадам Арлетт, мистер Колинз? Розалин это имя показалось смутно знакомым, словно она где-то читала или слышала его…
Но если в этом она была не уверена, то остальное очевидно! Лиз сама говорила, что в «Надежде» ищут, кого продать в рабство. Выходит, что мистер Колинз и сэр Уоррен – работорговцы!
А значит, Лиз жива!
***
Звонить по телефону разрешалось только после уроков. Аппарат стоял в кабинете мадам Белинды, но Розалин должна была рискнуть.
Подойдя к двери кабинета, она постучала.
Но ответа не последовало. Тогда Розалин потянула ручку и проникла в кабинет учительницы литературы.
По стенам тянулись книжные полки, а на письменном столе царил идеальный порядок. Но Розалин интересовало только одно: без дальнейших рассуждений она кинулась к телефону и набрала номер Джона.
Если ее застанет мадам Белинда, ее ждет наказание. Но сейчас это было последним, о чем беспокоилась Розалин.