Последняя сентенция вызвала у меня смешок. Зримо, незримо, стоять, дрожа от почтения… это смешно, честное слово. Особенно для меня, позволявшей себе в присутствии этого самого незримого ныне короля не только сидеть, но и много чего ещё. Ну какое почтение может быть к тому, кого без штанов видел не раз?
Герцог гневно сверкнул глазами, но высказывать мне ничего не стал. Может, подумал о том же. Я, как-никак, не дама из свиты лорда, а целая нивэн его величества, мать вероятного наследника престола. Но такой расклад в их драгоценном протоколе, похоже, предусмотреть позабыли. Бывает, да…
— Мне трудно будет провести столько времени на ногах, — спокойно заявила я.
— Я… — герцог смешался и отвел глаза.
Судя по этому, единственной женщиной, присутствие которой допускалось здесь во время Совета, была королева. Но усадить меня на её место возможным не представлялось. К тому же, я отчётливо подозревала, что туда планирует засесть Калана.
Пока его светлость пребывал в напряжённых раздумьях, я отошла к окну и поставила сумку на подоконник. Выезжая из дома, я попросту взяла её с собой, заявив, что там у меня необходимые лекарства и запасное платье на всякий случай. К некоторому моему удивлению, вопросов задавать никто не стал. Даже леди Норита промолчала, хоть и поджав губы.
Парк, окружающий дворец, был прекрасен. Облокотившись на подоконник, я принялась любоваться огромным фонтаном в виде группы девушек-танцовщиц. Струя воды, взлетая над ними на добрый метр, рассыпалась серебряными брызгами, и в их облаке казалось, что девушки движутся в танце.
А ведь я могла бы жить здесь, сложись все иначе. Каждый день гулять по мощёным дорожкам, сидеть на скамеечке возле этого фонтана, вдыхать свежий, влажный воздух. По этим подстриженным лужайкам мог бы носиться, играя, мой сын. Но этого никогда не будет. Совсем никогда. Как бы всё ни обернулось, хозяйкой тут мне не бывать. Приживалкой, марионеткой — может быть, но на такое я никогда не соглашусь. Потому в крайнем случае придется бежать. Собственно, как я и собираюсь.
Зал, тем временем, заполнялся народом. Лордов прибавилось. Порадовавшись, что ждать начала осталось недолго, я вернулась к созерцанию фонтана, и так этим увлеклась, что вздрогнула, услышав знакомый женский голос.
— Изучаешь владения?
— Калана, — протянула я, выпрямляясь, но не оборачиваясь. — Это всё не моё. И не очень-то мне нужно. К тому же, корона это больше чем трон, дворец и остальные формальные атрибуты.
— О да. Корона — это власть.
— Это ответственность, — отрезала я.
— Что-то такое припоминаю, — отозвалась женщина, вставая рядом. — Сын любит эти, как их… комиксы, вот. Вроде, оттуда?
Я передёрнула плечами. Вот поэтому, наверное, у нас почти и не осталось монархий. А те, что сохранились, стали лишь красивой традицией. Из-за таких как раз дамочек, полагающих, что ответственность власти — это всего лишь ерунда из комиксов, интересная только для мальчишек. Хотя, может её сын будет лучшим человеком. Или он болеет за злодеев?
— Внимание! — разнесся по залу зычный низкий голос. — Лорды могут сесть.
Позади меня зашуршало платье. Обернувшись, я увидела, что Калана быстрым шагом направляется к скамьям. Там, в первом ряду справа, уже восседала герцогиня, и оставалось ещё одно свободное место. Я криво усмехнулась, пронаблюдав, как две дамы оказались рядом, быстро переглянулись и дружно уставились на тучного, разряженного в пух и прах лорда-канцлера, статуей застывшего на первой ступеньке перед троном. А мне, значит, сидеть не полагалось, да. Я ведь нивэн, попросту — королевская шлюха, много чести мне даже присутствовать в этом зале.
Потом было много разговоров, в которых я понимала в лучшем случае десятую часть. Общий их смысл сводился к тому, что сын и прямой наследник покойного короля — это, конечно, замечательно, но кто будет править до тех пор, пока он не повзрослеет? Предлагались и гневно отметались кандидатуры, лорды вскакивали на ноги, энергично жестикулировали, иногда, видимо, бросались словами, знатным особам вовсе неподобающими. А я продолжала смотреть на фонтан за окном. Очнулась только когда Дэн подскочил ко мне и зашептал на ухо:
— Выйди! Туда, где лорд-канцлер.
Все в зале смотрели на меня. Лишь чудом не забыв, что надела сапоги, и в последний момент отдёрнув руку от подола, я задрала подбородок и прошествовала к трону, провожаемая сотнями взглядов. Встала рядом с лордом-канцлером и скрестила руки на груди, обняв себя за предплечья. Пусть видят кольцо, они же так жаждали этого.