Уилл моргнул и наконец заметил пару стражей за спиной незнакомца. Затем посмотрел вниз и увидел, что все еще держит Колчестера за грудки. Кровь стекала по бледному лицу герцога, стеклянная крошка впечаталась в щеки.
– Уберите его от меня, – рявкнул Колчестер, сплевывая кровь. – Я требую, чтобы эту тварь арестовали!
И только тут Уилл понял, кто же перед ним.
Сэр Джаспер Линч, командир Гильдии Ночных ястребов – охотников на воров. Три года назад они совместными усилиями убили вампира. Линч парень жесткий, но дельный. И, к сожалению, голубокровный.
Рывком подняв Уилла на ноги, Линч повернул ястребиный нос в сторону герцога и абсолютно бесстрастным голосом уточнил:
– На каком основании, ваша светлость?
– Нападение. – Колчестер встал на ноги, стряхивая с жилета стекло. Осмотрелся вокруг и самодовольно улыбнулся. – Порча имущества. Попытка воровства.
Уилл зарычал и дернулся вперед, но Линч перехватил его и впечатал лицом в стенку. Даже охваченный яростью Уилл сознавал, что глава Гильдии знает все нужные болевые точки, нажимая на которые, можно удерживать вервульфена на месте, несмотря на его силу.
– Не будь дураком, – тихо прошептал Линч. – Именно этого он и добивается.
Потом еще раз напоследок вывернул руку Уилла и отпустил его.
Тот высвободился, не спуская глаз с Колчестера.
– Нам необходимо, чтобы вы подали официальную жалобу в главное управление Гильдии, – сказал герцогу Линч. – Затем мы определим судью, который займется вашим делом. Это также касается и свидетеля, конечно, – добавил он, кивая на владельца магазинчика.
Колчестер замер, прекратив отряхиваться.
– Какого черта нам нужен лавочник? Вы же видели – Зверь без причины напал на меня!
– Боюсь, я запоздал, – ответил Линч. – И успел увидеть лишь двух дерущихся мужчин.
Голубокровные уставились друг на друга. Колчестер прищурился:
– Линч, ты совершаешь ошибку. Я сделаю так, чтобы тебя уволили еще до заката.
– Маловероятно, ваша светлость. Правоохранительными органами города управляет весь Совет, а не вы лично.
Повисло тяжелое молчание, пока Колчестер не отвел взгляд.
– Посмотрим. – Ублюдок сжал кулаки и посмотрел на Уилла, оскалив кровоточащие зубы. – И не думай, что будешь первым. Эта маленькая потаскушка уже вошла во вкус.
На сей раз потребовалось трое Ночных ястребов, чтобы удержать Уилла. Он старался их отбросить, дотянуться до Колчестера. Герцог поправил лацканы, стряхнул стеклянную крошку со щек и не спеша вышел из магазина.
– Пусть идет, – проворчал Линч. – Ты добьешься лишь того, что тебя убьют, а он этого не стоит.
Уилл поднял взгляд. По спине стекало что-то теплое и влажное. Линч пару секунд рассматривал вервульфена, а потом резко кивнул:
– Отпускайте его, ребята.
Ночные ястребы отошли в сторону, тяжело дыша.
– У тебя кровь, – повел носом Линч.
Уилл поморщился. Бешенство потихоньку отступало, и полдюжины порезов и синяков неожиданно дали о себе знать. Пульсация в спине усилилась, когда жар отхлынул от головы, и зрение вернулось к нормальному. Уилл обернулся и выругался от боли. Линч протянул руку и выдернул из его спины осколок.
«Вот же ублюдок!»
Уилл шумно вздохнул:
– Ты б поаккуратнее.
– Исцелишься, – отрезал Линч. – Может, это научит тебя сохранять голову холодной. – Он обернулся к одному из товарищей: – Гаррет, запиши свидетельские показания. И узнай сумму ущерба.
Уилл впервые огляделся по сторонам. Вся комната была засыпана стеклянными осколками, драгоценные камни вывалились из футляров на деревянный пол. Кровь капала с испачканных серебряных рам зеркал. Уилл с удовольствием вспомнил, как впечатывал в них лицо Колчестера, снова и снова.
Лавочник безмолвно, не мигая, взирал на разрушенный магазин и потом прошептал:
– Что я скажу Марте? Герцог очернит мое имя. Он меня уничтожит.
Уилл ощутил укол стыда. Надо было сдержаться.
– Я заплачу за ущерб.
Линч схватил его за руку и указал на дверь. На город зловеще наползали сумерки, тяжелые облака клубились на горизонте.
– Полагаю, тебе сейчас самое время уйти. Не удивлюсь, если Колчестр вернется, да еще и с парочкой друзей. Он не захочет так это оставить. А я уже сделал все что мог.
Уилл кивнул. Иисусе, и о чем он только думал? Да вообще не думал. Одно упоминание Лены, и он тут же сорвался. Вервульфен прищурился:
– Почему?