Сердце Лены трепетало. Она перестала отбиваться, поникла и прижалась грудью к его руке. В углу она заметила движение. В напольном зеркале отражались они вдвоем в запретном объятии. Лена встретилась взглядом с Уиллом. Он был огромным, мокрым и мрачным, глаза горели янтарем. Похоже, настроился на ссору.
Лена прищурилась. Не только Уиллу хотелось поскандалить. Больше она себя так пугать не позволит.
Она укусила его ладонь.
– Бушь вести себя хорошо, если отпущу?
Лена яростно задергалась.
– Похож, что нет. – Уилл подтащил ее к кровати, бросил на матрас, тут же схватил с пола шелковый шарф и заткнул ей рот импровизированным кляпом.
Лена вытаращила глаза и принялась лягаться, издавая полузадушенные звуки. Уилл оседлал ее, прижимая руки к кровати. В схватке ночная сорочка задралась до бедер, и когда вервульфен посмотрел вниз, Лена застыла. В его взгляде было море жара.
– Мир?
Она настороженно кивнула. Он встал на колени, отпустил ее, и Лена вытащила изо рта шарф.
– Какого черта ты тут делаешь?
Уилл прижал ладонь к ее губам:
– Застань нас Бэрронс сейчас – мигом поженит. Нам ведь энтого не надо, так?
Ее сердце неуверенно забилось. Затем Лена неистово покачала головой. Она видела, как сестре повезло найти счастье. Единственное, что хуже брака по расчету, – брак без взаимности.
Уилл смотрел на нее какое-то время, потом посуровел и убрал руку, мимоходом погладив по щеке.
– Он все равно не заставил бы нас заключить контракт. Лео, вероятно, притворился бы, что не видел тебя. Конечно, выставив тебя за дверь и сняв шпалеру с моего окна.
– Мне бы эт не помешало. – Уилл играл с поясом ее халата. Затем понял, что сказал и добавил: – Если б я захотел.
– Прекрати! – Лена прижала его дьявольски теплую ладонь к своему животу. – Ты позволяешь себе слишком много.
– Не впервой.
Что-то в выражении лица Уилла настораживало.
– О чем это ты?
Он долго молчал, а потом пробормотал:
– Да так.
Кажется, он говорил вовсе не о том поцелуе. Лена оттолкнула его руку.
– Чего ты хочешь? Что ты здесь делаешь?
Мокрые волосы прилипли к голове вервульфена, капли стекали за расстегнутый воротник. Взгляд был твердым и пустым. Уилл достал листок, и Лена с изумлением поняла, что это оставшаяся у нее часть разорванного письма.
А ведь она спрятала его в дымоходе за расшатавшимся кирпичом, чтобы потом попытаться расшифровать.
– Ищу правду. Ведь от тя ее не дождешься.
– Это мое! – Лена потянула листок, но Уилл не отпускал.
Они сердито уставились друг на друга. Рубашка неприлично облипала плечи вервульфена, рукава были закатаны до локтей, а кожаный сюртук обрисовывал все грудные мышца. Капелька воды зависла на изгибе губ, а вторая ползла по загрубелой щеке. Боже, как Лене хотелось провести руками по плечам Уилла, убрать эту капельку языком.
Зарыться руками в мокрые волосы, притянуть его рот к своим губам.
Глубоко вздохнув, Лена задрожала от безответного желания.
– Что ты с ним сделаешь? Расшифруешь?
– Ага.
Она облизнула губы.
– Может, и к лучшему. – Ей хотелось узнать, что там, не меньше, чем Уиллу. – Только никому ни слова.
– Боишься выволочки от Онории?
– Боюсь, она меня в монастыре запрет.
– Мож, и стоило бы.
Его глаза были цвета расплавленного золота.
Лена застыла. Уилл ясно дал понять, что их поцелуй – ошибка. И все же… Ее соски напряглись под обжигающим взглядом. Вервульфен смотрел на нее так, словно хотел съесть. В таком настроении он непредсказуем.
«Надо выставить его отсюда, пока сама не выкинула какую-нибудь глупость».
– Ты только за этим пришел? – Лена отпустила листок. – Напугал меня до полусмерти.
Дождь барабанил по окнам. Вервульфен поднялся, но уходить не спешил.
– Уилл? Что бы ты там ни задумал, оно может подождать до завтра.
Она никак не могла рассмотреть выражение его лица в темноте.
– Над поговорить.
– Не сегодня. Если кто-нибудь…
– Седня, – прорычал он под низкий раскат грома. – Я и так долго ждал. С меня хватит. Мне нужны ответы, и ты, черт подери, все расскажешь. Отвечать надо тока «да» или «нет», сечешь?
Лена медленно кивнула. Уилл всегда сдерживал свой темперамент, не осмеливался его проявлять. Сегодня же в нем таилась дикость, которая требовала осторожности.
– Ты знашь, кто этот Меркурий?
Лена затаила дыхание.
– Я не… я не уверена, что…
Уилл прижал палец к ее губам: