Она подошла ко мне сзади, её пальцы нежно, но уверенно легли на мои плечи. Её прикосновения были почти магическими — напряжение, которое я не замечал, начало таять под её руками. Но вместе с этим расслаблением росло чувство, которое я не мог назвать иначе как потерей контроля. Я знал, что надо остановиться, но язык отказывался подчиняться.
— Не надо, — тихо выдохнул я, заставив себя повернуть голову в её сторону. — Не стоит…
Кассандра наклонилась, её губы оказались рядом с моим ухом, и я ощутил её тёплое дыхание. Она продолжала массировать мои плечи, её движения были медленными, почти нарочито ленивыми.
— Максимус Айронхарт…— её голос звучал мягко, как шёлк, — ты слишком напряжён. Твоё тело говорит одно, а разум упорно сопротивляется. Но здесь, в моём доме, желания не подавляют. Мы слушаем их. И сейчас твоё самое главное желание — это забыться.
Я закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на чём-то, что могло бы вернуть контроль. Но виноградный аромат вина, мягкость её рук и её голос действовали как пелена. Я не мог вспомнить, как оказался в таком положении, но знал, что здесь было что-то большее, чем просто её уверенность или мои собственные слабости.
— Я… не ищу утешения в… этом, — сказал я, с трудом подбирая слова.
Кассандра рассмеялась, тихо, мелодично.
— Но ты ищешь утешения. И здесь мы знаем, как его дать. Это не всегда слияние тел мужчины и женщины, Максимус. Иногда это лишь прикосновения, моменты покоя и… понимание. Ты хочешь забыться, хочешь отпустить ту тяжесть, что несёшь. Позволь мне помочь тебе.
Её пальцы продолжали скользить по моим плечам, затем по шее. Я почувствовал, как моё тело расслабляется всё больше, как будто поддаваясь невидимой силе. Вино или что-то другое, что было в бокале вместе с ним, затупило мою волю, и я чувствовал, как меня уносит. Этот момент был полёт между сном и явью, когда реальность становится зыбкой.
— Ты сильный, Максимус, — продолжила она, её голос стал глубже, интимнее. — Но даже самые сильные заслуживают отдых. Позволь себе это. Ты пришёл сюда не для того, чтобы бороться, а для того, чтобы найти покой. Ты же это понимаешь?
Её слова звучали как заклинание. Я чувствовал, как пальцы на мгновение задерживаются на моём затылке, затем медленно возвращаются на плечи. Моё дыхание стало тяжёлым, но я вновь попытался сопротивляться.
— Я не… — начал я, но слова застряли в горле. Я чувствовал, что не могу объяснить, чего именно боюсь.
Кассандра медленно обошла кресло, её глаза встретились с моими. В них не было ни насмешки, ни торопливости. Лишь уверенность и лёгкая улыбка, полная понимания. Она присела рядом, её рука нежно провела по моей груди, останавливаясь на сердце.
— Всё, что тебе нужно сейчас, — это позволить себе быть слабым. Только на миг, Максимус. Только здесь, где никто не осудит. И этот миг станет для тебя освобождением.
Я окончательно провалился в забытье. Сознание ускользало, и мир, полный роскоши и греха, сменился на нечто совершенно иное.
Мне снился сон. Я шёл по бескрайнему песчаному пляжу, босиком. Песок тёплый,согретый солнцем, приятно ложился под ступнями. Ветер легко трепал мои распущенные волосы, а запах моря — солёный, свежий, давал ощущение свободы. Небо было безоблачным, глубокого синего цвета, и высоко в нём кружились птицы.
По берегу лениво ползли черепахи, оставляя после себя неглубокие следы на песке. Крабики, юркие и смешные, перебегали от одного камушка к другому, словно исполняя танец в гармонии с ритмом прибоя. Звук волн, накатывающих на берег, сливался с ветром в мелодию. И в этой мелодии звучало нечто человеческое: женский голос, ласковый, манящий. Он пел, лаская и согревая меня.
Моя голова была абсолютно пуста. Мысли рассеялись, будто их унесло морем. Я просто шёл, вдыхая запах свободы, и наслаждался каждым мгновением этого блаженного состояния. Здесь мне было хорошо. Здесь я чувствовал себя... собой.
Просыпаясь, я услышал шёпот того же женского голоса. Тихий, едва уловимый, но он быстро растворился, уступая реальности. Я открыл глаза.
Я лежал на мягкой постели, укрытый тонким шёлковым покрывалом. В тусклом свете свечей я разглядел лицо девушки, которая смотрела на меня. Её кожа была светлой, а волосы ниспадали мягкими локонами. Её глаза изучали меня с мягкой улыбкой, словно она была уверена, что знает обо мне больше, чем я сам.
— Вы проснулись. — сказала она ласковым голосом.
Я сел, оглядываясь по сторонам. От Кассандры и её запаха не осталось и следа. Я нахмурился.
— Где Кассандра? — спросил я, приглушая неловкость в голосе.