А сейчас — вспомнил. Но — не испугался
«Поднимусь скоренько, не успею замёрзнуть», — небрежно подумал он, не подозревая, что главный головотяпский сюрприз собственного приготовления у него ещё впереди.
И — вошёл в трубу.
Требовалось колоссальное усилие, чтобы потянуть на себя «дверную ручку» и закрыть за собою «дверцу», ведущую в мир оставляемого отсека.
Василий Краснобаев вложил в этот рывок всё, что у него оставалось.
С мощным лязгом в двадцатый раз захлопнулась крышка за уходящим вверх человеком.
И тут только мичман Краснобаев выяснил, что его баллоны — пусты. Занимаясь другими людьми, он не проверил собственного водолазного костюма! И теперь весь его воздух — только тот, что в самом костюме!
А воду-то он уже впустил. И она наливалась по специальным трубам.
Откачать воду обратно в баки, выбраться назад, отдышаться! — вот, что пронеслось у него в сознании. Но то же сознание подсказало ему: повторить всё снова — у меня не хватит сил! И тогда мне легче будет остаться на затонувшей подводной лодке и умереть в ней, чем снова влазить в этот страшный люк… И в одну миллионную долю секунды он решил: будь, что будет, авось пронесёт!
Но — не пронесло, и вот что было: «дверцу» в нижний мир он захлопнул за собою всё-таки не очень плотно, и она, не выдержав давления воды, распахнулась. Со страшным грохотом вода вылилась на палубу, выплеснув из себя человека. Человек ударился так, что потерял сознание. А воздуха у него оставалось мало, и теперь он имел лишь два выхода: либо перейти из бессознательного положения в смерть, либо всё-таки очнуться, снять с головы водолазный намордник и надышаться воздухом.
Краснобаев сделал второе.
Отдышавшись, вошёл в трубу ещё раз.
Взялся за «дверную ручку». Вложив в неё всю свою волю к жизни, захлопнул. Напустил воду. Доверившись господу богу, открыл верхний люк и — на несколько секунд потерял сознание. От ледяной воды, обдавившей его и без того замёрзшего со всех сторон, от усталости, от нервного перенапряжения — от всего…
Вскоре, однако, пришёл в себя, выбрался наверх из люка и увидел вокруг и синеву подводного мира, и корпус лежащей на дне субмарины, и Солнце…
Почти без воздуха устремился на поверхность.
По пути потерял сознание ещё раз и, когда оказался на поверхности воды, то спасатели на своих баркасах приняли его за покойника — он лежал на воде как-то странно, не двигаясь и лицом вниз. Тому виной были кое-какие технические причины: лишь левый баллончик со сжатым воздухом надул его костюм, а правый — не надул. Краснобаев лежал на воде в такой позе и не шевелился. Когда его резко подцепили багром — остриём и прямо сквозь водолазный костюм, и прямо в тело, мёртвый же, чего с ним церемониться! — он вскрикнул от боли, замахал руками.
Ах, так он ещё жив!
Тогда его стали вытаскивать и подхватывать уже бережно.
Вытащили!
Так с затонувшей подводной лодки «ДЕРЖАВА» спасся последний человек.
Глава тридцать пятая
Уснувшие в океане
О существовании же ещё четырёх живых человек в помещении поста «Микроклимат», что находился в затопленном четвёртом отсеке, никто не догадывался. Полагали, что отсек затоплен полностью, и не было ни малейшей возможности ни подтвердить это, ни опровергнуть.
А в отсеке том и в самом деле — было мертвым-мертво. Все, кого захлестнула вода, утонули в ней.
А до кого вода не дошла? С ними-то что?
Эти люди сидели в «Микроклимате» — помещении, окружённом теперь водою со всех шести сторон — и ждали, что их всё-таки спасут. Ещё тогда, в начале, они слышали оба взрыва — один далёкий, другой совсем рядом, прямо за переборкой, которая выдержала натиск, — и потом только терялись в догадках насчёт того, что же там происходит — во всём остальном мире.
И ждали, ждали…
Глава тридцать шестая
Речь адмирала