На третий день, уже на вислянской земле, состоялось целых два сражения. Конницы Нерева с конницей гепидов и параллельно произошел пехотный бой. Мне пришлось полноценно поучаствовать в первом и на заключительном этапе второго.
Всадники гепидов числом в семь десятков без каких-либо переговоров, в молчании, без звуков барабанов или боевых рогов, просто наехали на конницу Нерева. Бронную конницу. Хотя может быть гепиды и не поняли по-началу этого, поскольку раньше не сталкивались с конниками облаченными в бригантины зашитые в кожу. Но наши полушлемы они прекрасно видели издали. Все случилось внезапно, на большой лесной поляне, на которую мы выезжали из лесной дороги и потому были вынуждены вступать в бой частями. Первой была атакована головная часть, своими копьями прошившая центр гепидской конницы насквозь. Следуя вслед за ней, все больше и больше конницы Нерева вступала в бой.
Сюда мы двигались с целью обойти пехоту гепидов уже завязавшую бой с войском Гремислава. Я двигался на своем сармате в середине, рядом с Неревом. Справа и слева от меня звякнули тетивы луков, проследил за полетом стрелы Нерева. Она вонзилась аккурат в шею врага. Гепид открыл рот, чтобы закричать, но вместо крика раздался сдавленный хрип и изо рта хлынула кровь. Самому что-то выцеливать в возникшей свалке посчитал лишнем, да и времени уже не было. Из заброшенных за спину ножен извлек свой меч и поскакал к гепиду облаченного в волчью шкуру и активно орудовавшего длинной шипастой дубинкой.
Вокруг слышались непередаваемые звуки: ржание лошадей, крики и вопли людей, звон металла, глухие стуки о деревянные щиты. Некоторые, как из гепидов, так и из числа драговитов уже успели лишиться своих коней и теперь сражались стоя. В основном предпочитая подрубать ноги проезжающим мимо коням (гепиды) или стрелять по всадникам из луков (драговиты).
«Мой» гепид молотил своей здоровенной дубиной о щит драговита, чья лошадь была явно дезориентирована. Я так подозревал, что гепид, наверное, в первую очередь заехал дубинкой по голове этого самого коня. Подъехал к сражающимся сбоку, заметивший меня гепид попробовал было садануть булавой моего коня, но к счастью удалось подставить под этот коварный удар щит, а правой рукой вонзить меч ему под лопатку.
Огляделся сквозь прорези шлема по сторонам. Вокруг, в лохматых и испачканных кровью шкурах, валялись убитые гепиды. Рядом мертвые кони, стонали несколько раненных драговитов, недовольно фыркая, бродили лошади. Выжившие же гепиды взяли с места в галоп. Словно брызги от брошенного в лужу камня они разлетались на 360 градусов от места боя, правя своих лошадей в окружающий нас лес.
Наши же воины успели извлечь луки и теперь активно стреляли в спины удирающим. Я последовал их примеру.
Переводя дух, постояли, посмотрели вокруг. Трофеи (кроме коней) особенно никого из всадников Нерева не заинтересовали. Действительно, чего такого ценного было у гепидов? Вонючие шкуры, дубинки, копья, щербатые клинки? Тем более что мы и так порядком здесь задержались, до сих пор не выполнив поставленной Гремиславом задачи — выйти в тыл гепидской пехоте.
О чем вскоре и возвестил боевой рог Нерева, собирающий войска, тем самым подтверждая крутящиеся в моей голове мысли.
На поле боя присмотреть за гепидскими лошадьми и другими менее ценными трофеями Нерев оставил два десятка драговитов — всех безлошадных и раненных.
А мы, более не медля, тронулись в путь. Объездные тропы выводили нас все время не туда куда надо. Знавший объездной маршрут разведчик оказался контуженым ударом булавы по шлему, и все время блюя, соображал явно плохо. Только к вечеру удалось выйти к своим.
Правда, вышли немножко не туда, а именно к пяти сотням войск Градислава, сейчас штурмующий захваченный гепидами вислянский «град». Сразу прояснили у него ситуацию. По словам брата, Гремислав где-то пару часов назад приказал снять с конца фаланги его сотни, упершиеся в тот момент в лес и создающие только неразбериху. И пять сотен Градислава ринулись преследовать успевшего вылезть из удавки и в тот момент удирающего по дороге врага. А Гремислав с оставшимися силами остался перемалывать окруженных гепидов.
Выслушав Градислава, Нерев с частью наиболее свежей конницы помчался к вождю.