Володя подошел к нам, вытирая руки тряпкой:
— Степан Григорьевич, начнем с диагностического комплекса?
Хрущев проследовал к стенду, который я создал из деталей списанной техники. Устройство позволяло определять неисправности двигателей по звуку и вибрации без разборки агрегата.
— Это что за самопал? — спросил Хрущев, указывая на конструкцию из металлических стоек, датчиков и самодельных приборов.
— Диагностический комплекс собственной разработки, — объяснил Володя. — Позволяет выявлять скрытые дефекты двигателей без трудоемкой разборки.
— А зачем самопал, когда есть заводские приборы? — Хрущев достал блокнот и записал что-то.
— Заводские стоят в десять раз дороже, а функциональность практически та же, — ответил я. — К тому же, наш комплекс адаптирован именно под ту технику, которая работает в наших условиях.
Хрущев обошел стенд кругом, заглянул под кожухи, проверил крепления:
— А кто гарантию дает? Если сломается этот самопал, кто чинить будет? В Москву за запчастями ехать?
— Все узлы собраны из стандартных деталей, — объяснил Володя. — Запчасти можно найти на любой базе Сельхозтехники.
— Можно найти… — протянул Хрущев, делая очередную запись. — А документация техническая есть? Паспорт изделия? Инструкция по эксплуатации?
Володя смутился. Действительно, наш самодельный стенд не имел официальной документации.
— Есть рабочие чертежи, схемы подключения, — ответил я. — Документацию можно оформить дополнительно.
— Можно оформить… — повторил Хрущев с иронией в голосе. — А если на этом «чуде техники» кто-то пальцы прищемит? Кто отвечать будет?
Семеныч, который работал неподалеку, не выдержал:
— Степан Григорьевич, да мы на этой штуке уже полгода работаем. Ни одного сбоя не было. Трактор К-700 за зиму три раза чинили с ее помощью.
Хрущев повернулся к экскаваторщику:
— Александр Михайлович, а ты как смотришь на эти новшества? По душе они тебе?
— Работают, Степан Григорьевич, — честно ответил Семеныч. — И неплохо работают. Время экономят, деньги берегут.
— Работают… — Хрущев покачал головой. — А надолго ли? И что будет, когда сломаются? Товарищ Корнилов в отпуск уедет, а мы с поломанным самопалом останемся?
Вопрос был болезненным. Действительно, самодельные устройства требовали постоянного авторского сопровождения.
— Степан Григорьевич, — сказал я, — любая техника требует квалифицированного обслуживания. Мы готовим специалистов, которые смогут поддерживать работоспособность оборудования.
— Готовите… — Хрущев закрыл блокнот. — А пока готовите, кто работать будет? На заводских приборах или на самопалах?
Он прошелся по мастерской, заглядывая в каждый угол. Остановился у модернизированного токарного станка, где Федька продолжал обрабатывать деталь.
— А это что за переделки? — спросил Хрущев, указывая на дополнительные приспособления на станке.
— Усовершенствованная система подачи охлаждающей жидкости, — объяснил Володя. — Повышает точность обработки и продлевает срок службы резцов.
— Кто разрешение давал на переделку заводского оборудования? — строго спросил Хрущев. — Гарантия на станок еще действует?
Володя растерялся. Мы действительно не оформляли официальных разрешений на модернизацию.
— Степан Григорьевич, — вмешался я, — все изменения обратимы и не влияют на основные узлы станка.
— Не влияют… — Хрущев покачал головой. — А если что-то сломается? Завод гарантию аннулирует, и останемся мы без станка и без денег.
Атмосфера в мастерской становилась все более напряженной. Рабочие притихли, прислушиваясь к разговору. Чувствовалось, что визит Хрущева не просто знакомство, а серьезная проверка.
— Степан Григорьевич, — сказал я, стараясь сохранить спокойный тон, — может быть, посмотрим на результаты работы? На практические достижения?
— Обязательно посмотрим, — кивнул Хрущев, надевая шапку. — И на результаты, и на затраты. А теперь покажите мне эти знаменитые дождевальные машины, о которых весь район говорит.
Мы вышли из мастерских на улицу. Мартовское солнце светило ярче, снег активно таял, образуя лужи и ручейки. Воздух был свежим и чистым, но настроение от этого лучше не становилось.
Хрущев шел рядом со мной, продолжая делать записи в блокноте. Время от времени он останавливался, осматривая различные постройки и сооружения совхоза.
— А вон то что за сарай? — спросил он, указывая на новое здание складского типа.