— Амбициозная задача, — признал Володя. — А финансирование откуда?
Я собирался ответить, но тут зазвонил телефон. Черный аппарат АТС-6 стоял на краю стола рядом с настольной лампой. Я снял трубку.
— НИО совхоза «Заря», Корнилов слушает.
— Виктор Алексеевич! — взволнованный голос Громова прозвучал в трубке необычно напряженно. — Срочно в контору! Из Москвы приехали! Большое начальство!
— Понял, Михаил Михайлович. Какое именно начальство?
— Из министерства сельского хозяйства! Заместитель министра приехал! И еще какие-то товарищи с ним. Машины серьезные, номера областные.
Я почувствовал, как участился пульс. Визит заместителя министра — это совсем другой уровень внимания к нашему проекту.
— Еду немедленно, — ответил я и положил трубку.
Володя смотрел на меня с любопытством:
— Что-то серьезное?
— Похоже на то, — ответил я, быстро собирая документы со стола. — Заместитель министра сельского хозяйства приехал. Видимо, наши достижения произвели впечатление в высших сферах.
Я надел парадный костюм темно-синего цвета поверх обычной рубашки и повязал галстук. Для встречи с московским начальством нужно выглядеть соответственно. Володя тем временем аккуратно складывал чертежи и схемы в папки.
— Владимир Иванович, — обратился я к нему, застегивая пиджак, — возьмите с собой папку с техническими характеристиками дождевальных машин и отчет о результатах обучения. Может пригодиться.
— Понял, — кивнул молодой инженер, укладывая документы в кожаную папку. — А что, думаете, они хотят расширить наш проект?
— Возможно, — ответил я, направляясь к двери. — Но могут быть и другие планы. В любом случае, такие визиты не бывают случайными.
Выйдя на улицу, я сразу увидел причину волнения Громова. У здания конторы совхоза стоял черный ЗИЛ-114 с областными номерами и маленькими флажками на капоте. Рядом темно-синяя «Волга» ГАЗ-24, тоже с номерами областной серии. Обе машины были безукоризненно чистыми, что в наших мартовских условиях с грязными дорогами говорило о высоком статусе пассажиров.
Возле машин стояли двое мужчин в длинных пальто и каракулевых шапках, курили папиросы «Беломорканал» и о чем-то тихо беседовали. Один был постарше, лет пятидесяти пяти, с представительной внешностью и уверенными движениями. Второй помоложе, около сорока пяти, держал в руках кожаный портфель и периодически поглядывал на часы «Слава».
— Володя, — тихо сказал я молодому инженеру, — готовьтесь к серьезному разговору. Такие люди просто так не приезжают.
Мы направились к зданию конторы, где нас уже ждала встреча, которая должна кардинально изменить наши планы.
За окнами НИО весеннее солнце освещало поля, где под снегом скрывались результаты нашего труда. Освоенные «мертвые» земли, террасы на склонах, система орошения.
Год назад это была мечта, теперь реальность. Но, судя по визиту московских гостей, впереди ждали задачи еще более масштабные.
В конторе совхоза царила непривычная торжественность. Секретарша Вера Ивановна в лучшем синем платье суетилась возле вешалки, принимая дорогие пальто гостей. В воздухе витал запах хорошего одеколона «Шипр» и импортных сигарет.
Кабинет директора Громова был приведен в образцовый порядок. Красные знамена в углах расправлены до идеального состояния, портреты партийных руководителей протерты до блеска, письменный стол из карельской березы очищен от обычных завалов бумаг. На столе красовался хрустальный графин с водой и блюдце с конфетами «Мишка на Севере».
Громов встретил меня у двери кабинета. Директор был в парадном костюме темно-синего цвета с орденскими планками на лацкане медаль «За доблестный труд», орден Трудового Красного Знамени. Лицо выражало смесь гордости и легкого беспокойства.
— Виктор Алексеевич, — тихо сказал он, — представляю вам товарища Макарова Ивана Петровича, заместителя министра сельского хозяйства РСФСР.
Из-за стола поднялся мужчина лет пятидесяти пяти, внушительного телосложения, в дорогом костюме серого цвета. На нем был белоснежный накрахмаленный воротничок и шелковый галстук в тонкую полоску. Часы «Полет» на золотом браслете, туфли из натуральной кожи, отполированные до зеркального блеска. Лицо волевое, с проницательными карими глазами и седеющими висками.
— Товарищ Корнилов, — произнес Макаров, протягивая руку для рукопожатия, — очень приятно наконец познакомиться лично. О ваших достижениях говорят в самых высоких кабинетах.
Рукопожатие было крепким, уверенным. Я почувствовал силу человека, привыкшего принимать серьезные решения.