— Доброе утро, Петр Васильевич, — поздоровался я, снимая куртку и вешая ее на крючок.
— Доброе утро, Виктор Алексеевич, — отозвался лаборант, поднимая голову. — Рано сегодня. Будем анализировать результаты?
— Именно, — кивнул я, раскладывая на столе записи испытаний. — Нужно честно признать проблемы и найти пути их решения.
Через несколько минут к нам присоединился Володя Семенов в рабочем комбинезоне поверх чистой рубашки. В руках он держал папку с техническими расчетами.
— Виктор Алексеевич, — сказал молодой инженер, открывая папку, — я всю ночь считал экономику проекта. Результаты неутешительные.
— Давайте посмотрим, — предложил я, придвигая стул к столу.
Володя разложил листы с расчетами, исписанные мелким почерком:
— Стоимость электротрактора в нынешнем виде восемнадцать тысяч пятьсот рублей. Обычный МТЗ-80 стоит пятнадцать тысяч. Переплата три тысячи пятьсот рублей.
— А экономия на топливе? — поинтересовался Кутузов.
— Вот тут и проблема, — Володя показал колонку цифр. — Дизельное топливо стоит семь копеек за литр. МТЗ-80 расходует в среднем двенадцать литров в час. Получается восемьдесят четыре копейки в час.
— А электричество?
— Электроэнергия для сельхозпроизводителей полторы копейки за киловатт-час. Наш электротрактор потребляет тридцать пять киловатт в час. Получается пятьдесят две целых и пять копейки в час.
Я быстро подсчитал в уме:
— Экономия всего тридцать одна целых пять копейки в час. При работе восемь часов в день два с половиной рубля в день. За год примерно шестьсот рублей.
— Именно, — кивнул Володя. — Переплата три с половиной рублей окупится только через шесть лет. А аккумуляторы столько не служат.
Кутузов отложил микроскоп и подошел к нашему столу:
— А если учесть экономию на обслуживании? У электромотора нет масляных фильтров, топливной аппаратуры, турбокомпрессора…
— Учитывал, — ответил Володя. — Экономия около двухсот рублей в год на запчастях и расходных материалах. Но все равно окупаемость четыре-пять лет.
В этот момент в НИО вошел Вацлав Новак. Аспирант был в темном костюме, в руках держал кожаную папку с переводами и холщовую сумку с книгами.
— Доброе утро, — поздоровался он, снимая очки и протирая стекла платком. — Что-то серьезное обсуждаете?
— Проблемы нашего электротрактора, — объяснил я. — Экономика пока не сходится.
Новак повесил пиджак на спинку стула и подошел к столу:
— А вы знаете, вчера вечером переводил одну интересную статью из чешского журнала «Zemědělské stroje» «Сельскохозяйственные машины». Там упоминались эксперименты с различными типами аккумуляторов.
— Какими именно? — заинтересовался Кутузов.
Аспирант открыл папку, достал машинописный лист:
— «Železo-niklové akumulátory pro zemědělské stroje» железо-никелевые аккумуляторы для сельхозмашин. Оказывается, они имеют в полтора-два раза большую энергоемкость при том же весе.
— И каковы недостатки? — практично спросил Володя.
— Более высокая стоимость и сложность изготовления, — перевел Новак. — Но срок службы в три-четыре раза больше свинцовых.
Я почувствовал прилив интереса. Знания из будущего подсказывали, что никель-железные аккумуляторы действительно перспективны, особенно для тяжелых условий эксплуатации.
— А в СССР такие производят? — спросил я.
Кутузов задумался:
— Помню, читал в «Электротехнике» статью о железо-никелевых батареях. Их делают на заводе «Ригель» в Саратове для промышленных нужд.
— Для каких именно?
— Электрокары, подземная техника, аварийное питание, — перечислил лаборант. — Там, где нужна надежность в тяжелых условиях.
Володя начал лихорадочно считать на «Феликсе»:
— Если энергоемкость в два раза выше, то нам потребуется вдвое меньше аккумуляторов. Десять штук вместо двадцати.
— А если срок службы в три раза больше, то и годовые расходы на замену меньше, — добавил я.
— Но стоимость выше, — напомнил Кутузов. — Насколько именно?
Новак сверился с переводом:
— В статье указано, что железо-никелевые аккумуляторы стоят в два с половиной раза дороже свинцово-кислотных аналогичной емкости.
— Считаем, — сказал Володя, склоняясь над счетной машинкой. — 80 рублей за свинцовый аккумулятор, умножить на два с половиной, получается двести рублей. Но нам нужно всего десять штук. Итого две тысячи рублей против тысячи шестьсот за двадцать свинцовых.
— Переплата всего четыреста рублей, — подсчитал я. — А время работы увеличится в два раза. Шесть-восемь часов вместо трех-четырех