Федька и Колька молодые рабочие, энтузиасты. Но мало опыта, легко поддаются давлению.
Дядя Вася колеблется. Может быть как союзником, так и противником.
Семеныч тоже колеблется, но скорее нейтрален'.
Я отложил карандаш, встал из-за стола и прошелся по комнате. За окнами стояла тихая майская ночь, слышались только далекие звуки: лай собак, мычание коров на дальней ферме, изредка гудок поезда на железнодорожной ветке.
Ситуация была сложной. Лаптев оказался умным противником. Он понял, что с техническими идеями бороться бесполезно, электротрактор работал, показывал свои преимущества. Поэтому он переключился на людей, начал разрушать команду изнутри.
Володя ушел, я потерял главного технического помощника, человека, который мог самостоятельно рассчитать любую схему, проверить любой расчет. Теперь вся техническая нагрузка ложилась на меня.
Галя готовилась к отъезду в Москву, я терял личную поддержку, человека, который верил в меня не только как в специалиста, но и как в мужчину. А в сложных ситуациях моральная поддержка не менее важна технической.
Коллектив механизаторов расколот. Молодежь в основном за эксперименты, но молодежи мало, и у нее нет достаточного влияния. Опытные работники настроены скептически или враждебно. А именно от них зависит практическое внедрение новой техники.
Я вернулся к столу, взял карандаш и начал записывать план противодействия:
'1. Сосредоточиться на технических результатах. Довести электротрактор до полной работоспособности, показать его эффективность на конкретных работах.
2. Найти новых союзников среди молодых специалистов. Привлечь студентов-практикантов, выпускников техникумов. Они более открыты к новому.
3. Использовать Новака не только как переводчика, но и как аналитика. Его знание зарубежного опыта может быть очень ценным.
4. Укрепить техническую команду. Обучить Федьку и Кольку более сложным операциям, сделать их полноценными участниками проектов.
5. Подготовиться к административному давлению. Лаптев наверняка попытается найти формальные нарушения, использовать бюрократические методы'.
Последний пункт был особенно важен. В советской системе любой проект можно заблокировать через формальные процедуры: отсутствие согласований, нарушение инструкций, превышение бюджета. Нужно было быть готовым к такой атаке.
Я перевернул страницу и начал записывать технические приоритеты:
'Первоочередные задачи:
— Увеличить время работы электротрактора до 6–8 часов
— Сократить время зарядки до 4–5 часов
— Повысить надежность системы управления
— Создать запас аккумуляторов и комплектующих
— Подготовить техническую документацию для серийного производства'
Задачи были сложными, но выполнимыми. Самое важное не распыляться, сосредоточиться на главном направлении.
Лампа начала мигать. Ложась в постель, я думал о Володе. Интересно, как он сейчас себя чувствует?
Радуется новым возможностям или жалеет о решении? Время покажет. Но в любом случае он сделал свой выбор, и нужно его уважать.
К половине восьмого утра я был уже в НИО. Майское утро выдалось ясным и теплым, термометр за окном показывал плюс пятнадцать градусов, настоящая весенняя погода. Я растопил печь-буржуйку, хотя особой необходимости в отоплении уже не было, но по привычке хотелось создать уютную рабочую атмосферу.
За микроскопом МБИ-6 уже сидел Петр Васильевич Кутузов в чистом белом халате поверх обычной одежды. Лаборант изучал структуру нового образца металла, кусочка контактора от электротрактора, который перегорел во время вчерашних испытаний. На носу у него были очки в металлической оправе, а рядом лежал блокнот с записями наблюдений.
У своего стола работал Вацлав Новак в темном костюме поверх белой рубашки с накрахмаленным воротничком. Аспирант переводил последние разделы технической документации, время от времени сверяясь с толстым чешско-русским словарем в потертом переплете. Работал он методично, аккуратно записывая переводы четким почерком в толстую тетрадь.
Стол Володи у окна стоял пустым. Вчера вечером я убрал оставленные им документы в шкаф, но рабочее место так и не переоборудовал для кого-то другого. Пока что не хватало духу.
— Доброе утро, товарищи, — поздоровался я, снимая легкую куртку и вешая ее на крючок у двери.
— Доброе утро, Виктор Алексеевич, — отозвался Кутузов, поднимая голову от микроскопа. — Сегодня хорошая погода, работать приятно.
— Доброе утро, — добавил Новак, не отрываясь от перевода. — Заканчиваю последний раздел по техническому обслуживанию. К обеду будет готово.