За окнами НИО слышались обычные звуки начинающегося рабочего дня: тарахтение заводящихся двигателей, голоса механизаторов, лай собак. Но что-то в этих звуках показалось мне необычным. Слишком много взволнованных голосов, слишком резкие интонации.
Подходя к экспериментальному боксу, я увидел необычную картину. У широких ворот собралась группа людей: Федька и Колька в рабочих комбинезонах выглядели растерянными, дядя Вася в кепке и телогрейке сердито размахивал руками, а Кутузов в белом халате склонился над каким-то предметом на земле.
— Что случилось? — спросил я, подходя к группе.
— Виктор Алексеич, — обратился ко мне Федька с расстроенным лицом, — беда. Подъемник сломали.
Я прошел через открытые ворота в бокс и увидел картину разрушения. Электрический подъемник, который еще вчера вечером работал исправно, стоял с поднятой на полтора метра платформой. Но от пульта управления тянулись оборванные провода, а на бетонном полу валялись обломки металлических деталей.
— Когда это обнаружили? — спросил я, осматривая повреждения.
— Я пришел в половине седьмого, как обычно, — ответил Колька, поправляя кепку. — Хотел проверить оборудование перед рабочим днем. А тут такое…
Кутузов поднялся с колен, держа в руках обломок контактора ПМЕ-211:
— Виктор Алексеевич, это не случайная поломка. Посмотрите, контакторы разбиты молотком. Провода перерезаны ножом. Это преднамеренная порча имущества.
Я взял в руки обломок. Пластмассовый корпус контактора расколот пополам, серебристые контакты деформированы, катушка управления оборвана. Повреждения действительно выглядели как результат целенаправленного разрушения.
— А что с механической частью? — поинтересовался я, подходя к самому подъемнику.
Федька указал на винтовую передачу:
— Тут тоже постарались. Гайку расшатали, винт погнули. Хорошо, что платформа наверху зафиксировалась страховочными штырями, а то бы рухнула.
Дядя Вася, который до сих пор молчал, подошел ко мне:
— Виктор Алексеич, а кто мог такое сделать? У нас же люди все свои, знакомые.
— Свои-то свои, — мрачно произнес голос из-за спины, — да не все довольные.
Мы обернулись. В воротах стоял Михаил Степанович Кротов в рабочей куртке и очках в металлической оправе. Слесарь с сорокалетним стажем выглядел серьезным и озабоченным.
— Михаил Степанович, — обратился я к нему, — вы что-то знаете об этом?
— Знаю только то, что вчера вечером видел возле бокса чужую машину, — ответил Кротов, поправляя очки. — УАЗ-469 болотного цвета, не наш. Стоял минут двадцать, потом уехал.
— УАЗ болотного цвета… — задумался я. — А номера не запомнили?
— Темно было, не разглядел. Но машина не местная, это точно.
К нам подошел еще один человек, Семеныч в чистой телогрейке поверх белой рубашки. Экскаваторщик курил папиросу «Беломорканал», но лицо у него было встревоженное.
— Виктор Алексеич, — сказал он, стряхивая пепел, — слышал про поломку. Хочу сказать, что вчера на складе кто-то рылся. Замок не взломали, но вещи переставлены.
— На складе рылись? — насторожился я. — А что искали?
— Трудно сказать. Инструменты на месте, запчасти тоже. Но чувствуется, что кто-то был.
Федька взял в руки обрывок провода, внимательно осмотрел срез:
— Виктор Алексеич, провод резали острым ножом. Срез ровный, одним движением. Не похоже на случайное повреждение.
Кутузов собрал обломки электронных деталей в картонную коробку:
— А вот это интересно. Разбили не все контакторы подряд, а только те, которые отвечают за безопасность. Концевые выключатели, реле защиты, блокировки. Кто делал, понимал в электрике.
— Понимал в электрике? — переспросил дядя Вася. — Так таких у нас немного. Кто из наших может в электронике разбираться?
Я задумался. Действительно, специалистов по электротехнике в совхозе было мало. Кутузов, я сам, Федька на начальном уровне, да еще пара молодых ребят из ремесленного училища.
— А может, это кто-то со стороны? — предположил Колька. — Из района приехал специально.
В этот момент к боксу подъехал УАЗ-469 в знакомой болотной окраске. Из машины вышел Степан Григорьевич Хрущев в рабочей куртке и кепке, а за ним двое незнакомых мне людей в похожей одежде.
— Товарищ Корнилов, — обратился ко мне главный механик района, входя в бокс, — слышал, что у вас авария случилась. Приехал посмотреть, помочь чем могу.
Я внимательно посмотрел на Хрущева. Его появление в такой момент выглядело подозрительно. Вчера он критиковал автоматизацию, а сегодня прибыл на место «аварии» слишком быстро и слишком хорошо информированным.