Крюгер со своей группой наконец достиг означенного места. Солдаты тотчас пригнулись и стали шепотом переговариваться.
— Этот план какой-то кривой, — недовольно буркнул Мааг, нервно поправляя ремень автомата. Пастернак был иного мнения:
— Это почему же? По мне, он вполне хорош. Вот увидишь, мы поддадим иванам жару, когда откроем по ним огонь с тыла. Чего-чего, а этого они точно не ждут.
Они посмотрели на Крюгера — тот напряженно всматривался в темноту.
— Ты как думаешь? — спросил Мааг.
Но Крюгер лишь пожал плечами:
— Жди и пей свой чай. Кстати, я бы советовал вам не трепать языком, а смотреть в оба. Вот-вот начнется, обещаю вам.
— Да уж скорей бы, — пробурчал Мааг, желая показаться храбрым.
Крюгер нетерпеливо бросил взгляд на часы.
— Не хотелось бы, чтобы вы палили наугад, — обратился он к новобранцам из пополнения. — Как только иваны пойдут на нас, я выпущу ракету, и тогда можете стрелять в них, сколько угодно. Все меня поняли?
Наступила гнетущая тишина. Крюгер вновь посмотрел на часы. Его беспокойство передалось и другим; многие солдаты поднялись с мест. Пруссак уже было открыл рот, чтобы рявкнуть на них, когда раздался ожесточенный автоматный огонь.
— Ну вот, наконец-то, — взволнованно прошептал Мааг. Крюгер тотчас вскочил на ноги и в ужасе посмотрел на окопы — те неожиданно оказались залиты светом.
— Они с ума сошли! — воскликнул он. — Чего ради они выпускают ракеты?
— Чтобы было понятно, где мы, — прошептал Мааг. Крюгер поднял руку, призывая солдат к спокойствию, и прислушался. В следующую секунду начался артобстрел, и треск автоматных очередей потонул в грохоте разрывов. — Там что-то происходит! — воскликнул Мааг, стараясь перекричать грохот. — Это были русские пушки.
Крюгер лихорадочно соображал. Если контратака пойдет не так, как предполагалось, а так, судя по всему, оно и было, то понадобится их помощь. На какой-то момент он едва не поддался соблазну до конца выполнить приказ Штайнера. Им ничто не мешает оставаться здесь, а другие тем временем пусть повоюют, главное — в его отсутствие. Но затем он вспомнил про Шнуррбарта, и ему тотчас со всей очевидностью стало ясно: исход того, что сейчас происходит там, вверху, в окопах, висит буквально на волоске. Подавив в себе нехорошие предчувствия, он прокричал приказ. Держа оружие на изготовку, солдаты нехотя подчинились и начали медленно пробираться к воронкам. Из окопов тем временем одна за другой вверх взмывали ракеты, и с каждым таким выстрелом по голой земле начинали плясать тени, и местность вырисовывалась с пугающей четкостью. До воронок солдатам оставалось всего три десятка шагов, когда неожиданно на них обрушился автоматный огонь. Крюгер краем глаза успел заметить, как Пастернак со стоном осел на колени, а еще один солдат вскинул обе руки вверх, будто пытался поймать какой-то невидимый предмет, после чего завертелся на месте волчком, а потом как подкошенный повалился на землю. И тогда Крюгер огромным шагами устремился вперед и швырнул несколько ручных гранат в направлении голов, торчавших из окопов, отчего казалось, будто их владельцы по шею зарыты в землю. Он не стал наблюдать за тем, как гранаты сделают свое дело; еще пара секунд, и Крюгер уже стоял в глубокой воронке. Здесь он споткнулся о чье-то дергающееся тело, упал, перекатился через спину и вскинул автомат. И тут же увидел спины двух русских. Увы, он опоздал, потому что в следующее мгновение те исчезли за краем воронки. Затем до его слуха донесся треск винтовочных выстрелов, после чего воцарилась тишина. Шатаясь, Крюгер поднялся на ноги и услышал, как Мааг зовет его по имени. Он попытался ответить, но голос не повиновался ему; тогда он просто выбрался из воронки. В нескольких метрах от него, сбившись в кучу, стояли его солдаты. Завидев командира, они неуверенно двинулись ему навстречу.
— Где остальные? — прохрипел Крюгер. Мааг молча указал через плечо. Его правая рука неестественно болталась.
— Что с тобой? — поинтересовался Крюгер.
— Моя рука. Сам не знаю, что с ней.
С этими словами Мааг обернулся и бросил взгляд назад, а затем хмуро прибавил:
— Пастернак получил пулю.
— Насмерть?
— Да, навылет в грудь.
Крюгер быстро заморгал, как будто в глаза ему швырнули пригоршню песка. Из воронки донесся громкий стон. Солдаты бросились было туда, но он их остановил:
— Этот нам уже не страшен. Давайте-ка лучше проверим другие воронки.
— Нет необходимости, — возразил Мааг. — Потому что иваны уже сделали ноги. Не думаю, чтобы их было много. Скажи лучше, что нам теперь делать?
— Пойдем искать Штайнера и Шнуррбарта, — твердо заявил Крюгер. — А где остальные?