— Сработало! — радостно произнес он. Ансельм открыл глаза и посмотрел на бледные от напряжения лица товарищей.
— Когда мы вернемся, нам никто не поверит! — прошептал Пастернак. — Жаль, что Дитц не дожил до этого часа.
Штайнер медленно повернулся к нему. Уголки его рта слегка подергивались. Неожиданно Шнуррбарт положил руку ему на плечо.
— Если бы не ты, старина, мы бы ни за что не выбрались отсюда! — возбужденно произнес он. — Никогда, ты уж поверь мне!
— Не нужно заранее награждать меня лавровыми венками, — резко оборвал его взводный. — Мы еще никуда не выбрались отсюда. Кроме того… — он посмотрел на Крюгера, — без его помощи нам пришлось бы плохо.
— Верно! — воскликнул Ансельм. Подойдя к пруссаку, он горячо пожал ему руку. — Ты отлично справился со всем этим. Нам здорово повезло, что ты с нами.
Крюгер был тронут. Он попытался скрыть свою радость и изобразил скромность.
— Все это херня. Чего стоило бы мое знание русского без отличной идеи Штайнера, — ответил он.
— Будете хлопать друг друга по спине потом, — заявил Шнуррбарт. — Хватит болтать. Пора выбираться отсюда.
Все посмотрели на Штайнера в ожидании следующих приказов.
— Берем русского с собой, — сказал тот. — Будет лучше, если он наденет форму кого-нибудь из этих убитых парней, чтобы не привлекать лишнего внимания. Он пойдет между Крюгером и Керном. Если попытается бежать, убейте его. Только не стреляйте. Крюгер, скажи ему, что если он откроет рот, то ему конец. Он может накликать беду на нас, но ему самому это ничем не поможет.
Пока Крюгер переводил, солдаты сняли форму с одного из убитых. Штайнер спрятал в карман своей шинели русские карты, после чего стал наблюдать за тем, как пленный одевается в запачканную кровью одежду. Прежде чем выйти из блиндажа, солдаты бросили коммутатор и телефонные трубки на пол и раздавили их. Каждый захватил с собой сувенир, сорвав знаки различия с разорванной офицерской формы противника. Мааг, Голлербах и Дорн присоединились к товарищам у входа. Штайнер шепотом объяснил им, что случилось за время их отсутствия. После этого все зашагали по траншее в направлении передовой.
Дождь все еще шел, правда, уже не так сильно, как раньше. На линии фронта было тихо. В воздух по-прежнему взлетали осветительные ракеты и, дрожа, повисали в облачном небе, затем бесшумно падали на землю и гасли. Шнуррбарт шел следом за Керном. Автомат висел у него на правом плече. Он шел, засунув руки в карманы штанов, задумчиво опустив голову. Вскоре траншея сделалась менее глубокой и привела взвод к ровному участку земли, немного поднимавшемуся вверх.
— За две ночи они тут столько всего понастроили, — шепнул шагавший за ним Мааг.
Шнуррбарт кивнул. Русские действительно поработали тут как кроты, нарыв целую сеть ходов сообщения, подумал он. Скорее всего, они мобилизовали на рытье окопов гражданское население Крымской. Если бы не дождь, то взвод наверняка наткнулся бы на какую-нибудь строительную бригаду. Ничего хорошего из этого не вышло бы. Взвод и без того ожидала масса опасностей, связанных с переходом линии фронта. Неожиданно в голову Шнуррбарту пришла интересная мысль. Он торопливо прошел вперед и догнал Штайнера.
— Ты думаешь, всех иванов предупредили о том, что мы идем в разведку? — спросил он.
— Да, — коротко ответил взводный. — Глянь вперед. Ничего не замечаешь?
Их догнали остальные солдаты. Посмотрев по сторонам, они не заметили ничего особенного. Было невозможно что-либо впереди разглядеть на расстоянии десятка шагов. Редкие вспышки сигнальных огней таяли в темноте прежде, чем солдаты успели пройти дальше.
— Темно, как у коровы в брюхе, — прошептал Керн.
Штайнер поднял руку.
— Ничего не видите?
— Видим, — ответил Шнуррбарт, — если ты про сигнальные огни.
— Я их и имею в виду, — произнес Штайнер. — Только не эти, а те, которых вы не видите.
Шнуррбарт встряхнул головой:
— Что-то я не понимаю тебя.
— А я понял, — проговорил Дорн.
— Мы знаем, что ты у нас умный, — проворчал Шнуррбарт.
— Не нужно быть слишком умным, чтобы видеть это, — сказал Дорн. — Если приглядеться, то можно увидеть, что русские прямо перед нами не пускают сигнальных огней. Все огни летят с другой стороны.
— Верно, молодец! — похвалил Штайнер. — Значит, русские ждут, когда мы пройдем на ту сторону. Теперь держитесь друг друга и не отставайте. Если у нас будут что-то спрашивать, Крюгер знает, что делать. — Сняв автомат с плеча, он приблизился к пленному. — Одно слово, и мы разорвем тебя на части! — с угрозой в голосе произнес он.