Раненный Кайл, со стрелой в правом плече, отползал в сторону, стараясь не попасть под натиск игольчатых ног призванного существа. Пьедро отчаянно бросался на врага снова и снова, прикрываясь щитом и подгадывая момент для контратаки.
Израненная многоножка, у которой половина конечностей было повреждено, в ярости кидалась на Пьедро и меня, старясь зацепить нас своими жвалами размером с половину автомобиля. Дождавшись, когда Кайл отползёт в сторону, я бросился прямо к ней под «ноги».
«Достану по другому».
Проскользив на песчаной поверхности под брюхо твари, я открыл огонь из автомата, разряжая остатки магазина. Пули пробивали многоножку, нанося ужасные раны. Внутри они рикошетили от внешнего верхнего панциря и устремлялись обратно, раскурочивая внутренности мерзкой громадины. Меня всего обдало отвратительной слизью, которая валилась из отверстий в брюхе многоножки.
От трепыхалась в агонии, не понимая, что скоро умрёт. Я начал выкатываться из под твари и получил резкий удар игольчатой конечностью в левое плечо. Резкий прокол в глубину тела. Я почувствовал, как проникающая конечность твари скользнула по моей кости внутри тела. Из раны хлынула кровь, которая опадала каплями в виде окружности, так как я продолжал катиться. Пьедро, увидев меня, помог выбраться, подтянув к себе. Шевелить плечом я уже не мог, рука бесполезно болталась вдоль туловища.
— Эта тварь всё никак не сдохнет. — Проронил Пьедро, облокотив меня о груд камней, упавших с башни на стене Форте.
Многоножка действительно всё никак не подыхала. Жрец применял восстанавливающие заклинания, которые поддерживали её жизнедеятельность. Её боль и агония никуда не делись, она яростно клацала жвалами и рвала землю уцелевшими конечностями, но не могла уйти в мир иной. В какой-то степени её даже стало жалко.
— Сокол, добей её, иначе она сможет восстановится! — Кричал Пьедро, отмахиваясь от приближающихся жвал многоножки.
— Надо перезарядиться…
Я снял автомат с ремня. Положил его перед собой. Отсоединил одной рукой пристёгнутый пустой магазин. Достал новый из правого подсумка в разгрузке. Вставил в автомат, придерживая его одной ногой. Затем, зажав между ногами калаш, я взвёл его правой рукой.
120 патронов.
Ранение оказалось серьёзнее, чем я думал. Похоже, что задета артерия. Силы покидают меня, заставляя проваливаться в сон. Я одной рукой направил автомат в сторону многоножки и длинными очередями палил ей в бронированное лицо, пока не услышал характерный щелчок затвора автомата, сигнализирующий о том, что магазин опустел. Раскалённый ствол дымился перед лицом многоножки. Дульник от нагрева закоптился. Ствольная коробка парила на фоне приближающихся жвал многоножки.
У меня уже не хватит сил, чтобы снова перезарядить автомат. Чудовищное сознание, с всадником на горбе в бронированной капсуле, медленно, но верно приближалось, намереваясь откусить от меня кусок плоти. В тот момент, когда её жвалы почти сошлись на моей головы, многоножка получила сильный удар щитом, а следом и прокол от выпадал Пьедро.
Тварь просто так не сдавалась. Она отбросила Пьедро мощным ударом начала давить его игольчатой конечностью, пытаясь проткнуть толстый прочный щит. Если бы ещё хотя бы одна ближайшая нога была способна функционировать, то Пьедро был бы уже изрешечен, как дуршлаг.
Многоножка отвлеклась на что-то позади неё. С тыла по уязвимым местам призванного существа начал рубить очухавшийся Кайл. Ему тоже крепко досталось. Стрела в спине, проколотый бок, несколько сильных порезов от острых конечностей многоножки.
Но усилий зверолюда оказалось недостаточно. Коротким, усыпанным острыми бронепластинами, хвостом многоножка отшвырнула Кайла в сторону. От удара зверолюд пролетел метров пять, грубо приземлившись в груду развалившихся камней возле входа в оружейную. И кажется…Кажется, что он уже не встаёт.