Прохода справа не было, нас прижало к скалистому выступу.
— Мы заперты! Ломай стену! — крикнул зверолюд.
Выстрел из призванной пушки не смог проломить стену. Я призвал ещё одну, но её придавило каменной плитой, упавшей сверху.
Вскоре места для призыва пушки уже не оставалось, нас зажало между вертикально стоящими каменными плитами. Спасла нас только случайность. Плиты сложились друг на друга так, чтобы образовали над нами что-то наподобие крыши и новые глыбы скатывались с неё, ударяясь с сильным грохотом.
— Если мы не выберемся сейчас, то он нас заживо похоронит! — не унимался зверолюд.
Я пытался что-то быстро придумать, стряхивая рукой воду с мокрых волос, пока не заметил ограничитель на своей руке с сияющим ядром внутри.
— Ты когда-нибудь видел вблизи, как это ядро разрывается?
— Нет! Я только знаю, что взрыв высвобождает накопленную энергию стихий, силами которых маги и пользуются. — ответил Кайл.
— Тогда молись предкам, что взрыв нас не размажет по этим каменным стенкам.
Я начал беспрерывно призывать пушки снаружи нашего саркофага, надеясь что случайно ядро не прибьёт остроухую. Одновременно с этим я наблюдал за разрастающимся ядром энергии в ограничителе. Каменные глыбы не переставали падать сверху. «Крыша» уже пошла трещинами и она вот-вот сдастся, завалив нас под тоннами камня. Через пару секунд ядро загорелось ярким оранжевым светом и задрожало внутри ограничителя. Я быстро вынул его и через оставшуюся щель в завалах постарался швырнуть его ближе к стене, заградившей нам путь.
— И чем же должно рвануть, если ты используешь силу сразу трёх разных сфер? — задумался зверолюд перед взрывом.
— Может и ничего особенного, но я думаю…
Не успел я договорить, как раздался мощный взрыв, оглушивший меня и Кайла. Стены саркофага всё-таки обвалились, но не нам на головы. Их словно сдуло, ударной волной, отбросив нам за спины. Каменная стена, преградившая нам путь до противника, тоже была разрушена, а вдалеке еле слышался чей-то крик. Оглушённые взрывом, ослеплённые каменной пылью мы, помогая друг другу, выбрались из завалов, чудом уцелев. Шаркая ногами через множество каменных обломков, мы добрались до мага, катающегося по земле. Он широко раскрыл рот и глаза, но кричал так тихо, словно кто-то убавил громкость этого мира на минимум.
Нет. Он не кричал тихо. Это у меня проблемы со слухом. По крайней мере, я так начал думать, когда увидел, от чего он орёт. Расплавленное железо жгло его кожу и кости. Бурлящие железные сгустки покрыли его лицо, грудь, руки и ноги. Слух начал постепенно возвращаться, а крики мага усиливаться. Взрывом его каменную броню сорвало, а раскалённое железо, которое видимо появилось из того самого взрыва, выплеснулось на врага.
— Я добью его…
— Нет. — остановил меня Кайл. — Пусть помучается, уродец. Видишь его нашивку на рукаве? Жёлтый круг с чёрными перекрещенными пиками?
— Да. — ответил я, еле разглядев нашивку на обожжённом рукаве.
— Значит он из тех, кто доказал верность магам с помощью особой жестокости. Такую нашивку дают только тем, кто в качестве вступительно взноса за право быть в их братве магов принёс головы своих родных, которые не разделили идеологию магов.
— Погоди… То есть…Он убил кого-то из своей семьи за то, что они были не согласны с мировоззрением магов?
— Да. И не просто убил, а убил жестоко, с пытками, чтобы на отрезанной голове отобразились гримасы ужаса жертвы.
— Эта сучья тварь точно не выживет?
— Я уже чую, как смерть протягивает свои руки к нему. В такие моменты всегда пахнет затхлой сыростью.
Под надрывные крики умирающего мага, мы поспешили дальше, к тому месту, где билась Эмбер и маг воды. Это было тяжело назвать битвой, так как никто из оппонентов не мог поразить друг друга.
— Долго вы! — крикнула остроухая из-за укрытия, которое уже было полностью усеяно ледяными шипами.
— Где он?
— Осторожно! Он может скрываться в ледяных стенах!
Я попытался призвать пушку, но сразу же почувствовал сильное обезвоживание, словно меня только что рвало несколько раз подряд. Круг призыва даже не смог толком появиться, прежде чем исчезнуть полностью.
— Что за блядь? Почему не выходит?
Сколько бы я не пытался снова, но призвать пушку мне так и не удалось. Я оказался в таком состоянии, будто бы пробежал марафон. С каждой новой попыткой призыва, я начинал обливаться потом, тяжело дышать и сбиваться с мысли.
— Со мной что-то не так, Кайл…
— Это всё не вовремя, Сокол. Побудь тут, я помогу Эмбер. — ответил зверолюд, помогая мне опуститься на землю.