— Ваша светлость. — проговорил Бак кланяясь.
Их вывели во двор замка. Там их ожидали лошади и Айнхарт. Пёс широко открыл рот и высунул язык, Бакке показалось на мгновение, что он улыбается ему. Дыхание его было судорожным, однако пёс сильным и ловким прыжком подпрыгнул к Баку. Айнхарт полез получить похвалу и ласку. Бакка погладил пса по голове, и тот радостно заскулил тонким голоском.
— Он без тебя и дня не потянет. — сказал гном, устававившись на скулящего Айнхарта. — Да это просто чудо, а не пёс.
Бакка ничего не говорил. Наёмник только улыбнулся своему верному другу Айнхарту.
Бакка не следил за временем. Работа за которую они с Бонгидом взялись с каждым днём казалась ему всё менее и менее прибыльной. Тысяча тиров, а вместе с ней неделя проведенная в седле, убитая под нагрузками спина, истощенная лошадь, усталость и беспристрастность ко всему в этом мире. Добивающим же аспектом было то что погода тоже начала портиться.
" О великий Авир ! Я бы убил эту девку, если бы нам не платили за её спасение ". — думал он, попутно сжимая зубы от боли в спине. — " Я побывал во многих погонях, но эта наверное мне запомнится на всю жизнь".
На одном из серых от осени балинтийских холмов, впереди показалась деревушка. Невысокие избы и несколько дворов огороженные вокруг частоколом, не принесли Баку желаемой радости. Доехать сюда было только половиной успеха. Надо найти девушку. Без девушки нет, без девушки возникнут куча проблем и ругательств со стороны заказчика.
Бакка обычно любил шляться по балинтийским просторам, лежащим к югу от императорских земель. Эти открытые зелёные холмы, этот ветер всё здесь дышало свободой и величием. Бакка знал, что край это работящий, а потому строгий и непомерно, как он считал гордый.Говорили, что край работает от восхода солнца до восхода Луны на небе, но Бакка этим россказням не верил.
Басты как народ его удивлял и порой приводил в недоумение. Их суровое ожесточение к Трийским завоевателям ничуть не ослабло, за минувшие сто лет. И хотя восстаний Балинтия не знала уже восемьдесят лет, в отличий от их северных соседей вармийцев,которые поднимали свой меч против короны намного чаще. Не смотря на это ожесточение и независимость в культуре, еде, хозяйстве, домоводстве оставалась ещё весьма длительное время.
Пока Бак и гном ехали к заветной деревушке, серое небо начало чернеть, и свет пробивающиеся через мрачные пасмурные тучи убегал, оставляя наёмников ночи.
Когда они въехали в поселок было уже совсем темно. Бакка обратил внимание на Авирский храм, что находился на другой части холма, вниз по главному двору деревушки. Его невозможно было заметить с тракта, потому как он стоял почти у подножия холма с другой невидимой для путников стороны. В темноте красоту храма было не разглядеть,и единственное что смог зацепить глазами Бак, так это то, что он был небольших размеров.
С потемневшего под тяжестью ночи неба, вдруг полил ливень. Бонгид Мэрдок начал тут же рычать себе под нос и ругаться, но так чтобы не привлечь лишних глаз.
— Клянусь величием всех семи королевств гномов, осень та ещё шляха, мать её !
Бакка молчал. Он накинул капюшон своего теплого плаща. И подумал о решении проблемы.
— Надобно нам сходить вон туда. — Бак указал рукой на спуск с холма. — Вир церкви наверняка знает, кто заезжает в его богоугодные владения.
— Да богоугодные, не богоугодные. Насрать. Давай только скроемся от этого ливня. — сказал гном, вжав в тело шею. Видимо ему казалось, что это спасает его от дождя.
Когда они подъехали к церкви, темнота царствовала повсюду. Бакка видел своими глазами не дальше чем на расстояние вытянутой руки, однако найдя двери храма, он твердо постучал кулаком по ним. Мгновение ожиданий, казалось длилось целую вечность.
Двери распахнул молодой человек облаченный в белый балахон. Большой капюшон был спущен с головы, а кудрявые русые волосы в беспорядке находились на голове монаха. Молодой человек сначала, испугался, но затем пришел в чувство.
— Два путника, странствующих по стране желаю получить кров и постель у Авира — нашего могучего бога. Позволите ли вы нам справить эту дождливую ночь, под божьими сводами ? — хитро говорил Бакка, желая получить заветное убежище.
— Его преподобие, не принимает гостей. — кратко ответил монах и хотел было закрыть двери, но тут позади молодого монаха показался пожилой человек. " Это похоже, сам Вир". — подумал Бакка увидев его.
— Что такое брат Тимот ? — устало вопросил второй монах, пойдя ко входу. Вир лёгким движением руки отодвинул от прохода брата Тимота и оказался нос к носу с наемниками.