Акулье мясо вполне съедобное, дал указание Нел и женщинам готовить есть пока только его, чтобы не ходить на охоту, тем более предстояло побыть лесорубами. Что делать с жиром, Нел уже знала: наш котелок, наполненный кусками жира, уже стоял на огне. Перетопленный жир лучше сохраняется, а для светильников он будет пригоден не один месяц. Трупы собак убрали. Практически ничего не напоминало о ночной бойне. Позвал Хада и отправил его рубить деревья для перекрытия кровли своего дворца. Дал ему метровую палку, объяснив, как измерять длину ствола, чтобы выходило не меньше одиннадцати метров.
В палатке, тускло поблескивая очками, на меня смотрел шлем Тейлора, словно ожидая, что разберусь с местонахождением его хозяина. Забыв данное себе слово не думать об этом сегодня, вытащил свой блокнот и карандаш, карманный атлас мира и засел за расчеты.
Предположим, что группу Тейлора выкинуло в этом мире в том месте, где они потерялись на своей Земле. Считаю расстояние от берегов Флориды до Гибралтара, даже по прямой почти семь тысяч километров. От Гибралтара до места моего нахождения, которое я определил для себя как Ливан, около четырех тысяч километров. Итого одиннадцать тысяч километров.
Какова средняя скорость передвижения акулы в час? Пытаюсь вспомнить, но не могу. Вспоминаю визуально, как передвигались плавники акул здесь и в бухте, где я разделывал кита. Быстрее, чем идет пешеход, но медленнее бегуна, бегущего со средней скоростью. Хорошо, возьму для расчета, что скорость десять километров в час, цифра удобная для расчетов.
Если предположить, что акула все время плывет по прямой со средней скоростью десять километров в час, сколько времени добраться от Флориды до Ливана? Делю: сорок пять суток плавания, если акула постоянно плывет по прямой все двадцать четыре часа в сутки без остановок. Реально? Нереально. Значит, делаем расчет, исходя из того, что акула двенадцать часов в сутки плывет прямо по курсу и двенадцать тратит на охоту, зигзаги, отдых и еду. Девяносто суток потребовалось бы акуле преодолеть такое расстояние.
Теперь учтем и другие факторы: акула не сразу поплыла на восток после того, как проглотила шлем. Или акула уже неделю или две, находится в этой части Средиземного моря. Так или иначе, версия, что шлем проглочен у берегов Флориды, терпит фиаско.
Тогда попробуем рассмотреть исходя от противного с учетом второстепенных параметров. Я считаю, что шлем в желудке от двух недель до двух месяцев. Будем считать, что акула проглотила шлем и отправилась в путь. С учетом того, что она могла находиться здесь какое-то время, выводим средние значения. По теории вероятности среднее время пребывания шлема в желудке тридцать дней. С учетом охоты, отдыха, приема пищи, с учетом средней скорости предположим, что в сутки акула проплывает до сотни километров.
Я снова пересмотрел свои расчеты: получается, что максимально возможное расстояние, что преодолела акула, около трех тысяч километров. А это в свою очередь означает, что Тейлор сам или со своей группой пилотов приземлился или приводнился в бассейне Средиземного моря! И произошло это примерно месяц назад, плюс-минус пару недель максимум.
И вновь в голову лезут вопросы: как могло получиться, что, пройдя в червоточину на семьдесят лет раньше, американцы попадают в параллельную Вселенную на два с половиной года позже меня? И почему все это происходит в относительно небольшом районе Средиземного моря?
А если это не тот Тейлор? Представим на минуту, что на этой планете развивается отдельно взятая цивилизация, которая опережает на десятки тысяч лет все другие. И не просто опережает, а глобально опережает: по планете бродят мамонты, дикари не знают, что такое бронза или железо, не имеют понятия про одомашнивание животных и не знают про колесо. А ведь это одни из первых изобретений человечества.
И как объяснить полное соответствие модификации летного шлема шлемам американских пилотов второй мировой? И соответствие имени пилота? Понятно, что Вселенные параллельны, но не имен же? А жив ли этот Тейлор и его люди?
Последняя запись их разговора, что топливо на исходе и надо приводняться. Значит побережья поблизости нет. Я даже вспомнил якобы имевшие место слова из радиоперехвата про слова Тейлора про белесый туман. Правда, позже власти США опровергли эти слова, назвав их уткой. Итак, представим, что Тейлор сказал про туман и что это была правда.
Попробую смоделировать ситуацию глазами Тейлора: Тейлор выныривает из тумана и видит: вариант первый — безбрежное море под самолетом, и дает команду приземляться. Стоп! Он не может дать такой команды, потому что радиосвязь перестает функционировать. Ладно, он идет на снижение, и его звено садится вместе с ним. Самолет «Эвенджер» — торпедоносец, его арена боевых действий — море, и поэтому самолеты прекрасно приводняются, для этого предусмотрено все. В самолетах есть спасательные плоты и неприкосновенный запас продуктов. Четырнадцать молодых крепких ребят времен середины двадцатого века — это сильные и умелые парни. Шанс добраться до земли у них немалый.
Вариант второй: Тейлор выныривает из тумана и видит землю, рация не работает, но он идет на посадку либо на побережье, либо приводняется непосредственно у берега, где шансы выжить у их команды значительно выше. У каждого члена экипажа есть пистолет, нож-стропорез, парашюты, на самолетах стоят как минимум два пулемёта и скорострельная пушка. Это не считая огромного количества полезного хлама, запчастей, инструментов и прочего. Есть неприкосновенный запас пищи. Есть сами самолеты, это куча металла, проводов, резины и еще масса полезных вещей и материалов. Если я со своим снаряжением могу быть императором каменного века, то Тейлор и его команда сразу могут стать императорами даже в средневековье.
Но почему шлем Тейлора был в желудке акулы? Может акула съела пилота? А что с остальными пилотами? Шлем мог попасть к акуле и по-другому: свалиться с головы и попасть в воду во время аварийной посадки, Тейлор мог отбиваться им от акулы и упустить его, в конце концов он мог его швырнуть в воду с досады, обнаружив, что они попали в дикие места и цивилизацией не пахнет.
— Макс, ты кушать будешь? — отвлекла меня Нел, заглядывая в палатку. — Ты целый день смотришь на эту штуку и ничего не говоришь. Что это такое, Макс? — девушка нервничает, понять ее можно, таким задумчивым меня никогда не видели.
— Буду, Нел, сейчас приду, — она уходит, я снова кладу на место шлем Тейлора, который выбил меня из привычной колеи. Снова в глубине души теплится надежда попробовать добраться до Бермуд и попытать счастья. Теоретически задача выполнимая, при определенных подарках со стороны судьбы: что не будет серьезного шторма и я смогу проложить навигацию, в которой не очень силен.
Пора суммировать все, что я тут себе напридумывал. С определенной долей случайности можно допустить, что Тейлор и его люди благополучно приземлились, добрались до берега и сейчас находятся не так далеко от меня, в радиусе до двух тысяч километров. Правда под эту цифру попадает практически все северное и южное побережье Средиземного моря, не считая островов, а их здесь немало.
С учетом их военной подготовки, колоссального запаса огнестрельного оружия, одних пулеметов десять штук, а патронов к ним не менее десяти тысяч, они процветают. Точнее должны процветать, какое бы сильное племя им ни встретилось и какие бы хищники там ни обитали.
Если принять во внимание, что время их появления приблизительно месяц, возможно, они ждут спасения, даже не понимая, в каком времени они оказались. Выложили огромными буквами SOS и сидят ждут самолета. Вполне вероятно, американцы весьма своеобразные. Если они встретили диких, смогли понять, что оказались в прошлом, каковы их действия? Правильно: строить империю для себя, а значит конкуренты в моем лице для них просто враги. Хотя это не факт, я из двадцать первого века и для них Мессия, потому что знаю об их стране все, что происходило с 1945 г с момента их исчезновения. Для них эта информация бесценна, я значит я стратегический союзник и бесценная кладезь информации.
Мои действия? Ускорить прогрессорство и создать полноценную боевую единицу из племени, потому что в случае столкновения с американцами с их огневой мощью, нас просто прихлопнут как мух мухобойкой. Значит, я должен сделать своих людей сильными, ловкими и меткими, понимающими толк в военной тактике и стратегии. И мне надо продолжить укрупнение племен, подумал о рыбных людях, соплеменниках Мена. Мен практически стал своим, вчера ночью яростно сражался и даже спас одного из моих. И язык наш учит, многие слова уже понимает. Придет время — пойдет к своему отцу парламентёром. Но сначала я его привяжу к себе сильнее, женю на женщине из племени, обласкаю, дам небольшие преференции.