— Не доверяете президенту Вильку? — Спросил Мартиндейл с лукавым блеском в глазах. — Вы боитесь, что он поддастся искушению сыграть в деревенского диктатора, используя нашу технику и специалистов?
— Конечно нет! — Отрезала премьер-министр. Ее жесткий тон не оставил никаких сомнений в том, что она понимала, что ее провоцировали, но не осталось сомнений и в том, что она была полна решимости донести свою точку зрения. — Но вы просите президента рисковать передачей в руки оппозиции оружия, которое они с удовольствием используют, чтобы уничтожить его!
— Значит, у нас есть новая причине убедиться, что мы будем сохранить все в секрете как можно дольше. И наем «Скайон» и источник средств оплаты этого, — вдруг сказал Вильк. Он повернулся к Мартиндейлу и жестко посмотрел на него. — Вы понимаете, что акции, которые мы передадим вам, не могут быть проданы кому бы то ни было в течение нескольких лет?
— Естественно.
— И переданные вам доли не обеспечат вам любого управления и прав на польские предприятия?
— Этого я не ждал, — твердо сказал седой глава «Скайон». — Каждая компания в этом списке работает блестяще, и сдерживает их только отсутствие инвестиций. Я давно научился выбрать лучших, давать им направление, и убираться к чертовой матери с их дороги.
Польский президент снова кивнул. Это было похоже на правду, хотя он и был уверен, что Мартиндейл давно освоил сложное и важное для политика умение заставлять свои слова звучать искренне. Он посмотрен на него снова.
— Вы сказали, что этот вариант обеспечит еще большую заинтересованность «Скайон» в выживании и успехе Польши. Что вы имели в виду?
— Какое значение будут иметь акции, которые вы нам дадите, если ваша страна будет захвачена русскими? — Парировал Мартиндейл. — Давая нам серьезную финансовую долю в будущем Польши, вы даете нам больше стимулов, чтобы сражаться за нее, если разразиться война, и выиграть ее настолько быстро, чисто и дешево, насколько это возможно.
Он посмотрел через стол на Герека.
— Ваш министр обороны назвал нас наемниками. Это грубое слово, но в нем есть определенная холодная точность. В конечном счете, «Скайон» продает вам свои услуги в виде предоставления вам солдат. Я бы сказал, что мы не просто наемники, потому что мы не станем сражаться за тех, чье дело считаем неправильным, какова бы не была плата. — Он снова пожал плечами. — Тем не менее, свяжитесь с нами, когда вы примете решение. Так как деньги ваши, это ваша привилегия. Но имейте в виду, что я предлагаю вам еще и страховку от реальной опасности, связанной с наемниками — той опасности, которую так умело описал Никколо Макиавелли более пятисот лет назад.
Он сделал паузу, явно ожидая предложения продолжить.
— Я читал «Государь» во время курса управления в военно-воздушной академии, — криво улыбнулся Вильк. — Но, судя по недоуменным взглядам, я подозреваю, что эта книга не входила в университетскую программу моих коллег.
— Если в общем, то Макиавелли писал, что любой, кто полагается в обороне своей страны на наемную армию, не получит ни порядка, ни безопасности. Наемники разобщены, амбициозны и недисциплинированны, ненадежны, отважны перед друзьями и трусливы перед врагам, — процитировал Мартиндейл, глядя куда-то вдаль. — Они готовы быть солдатами, пока нет войны, но как только начнется война, они сбегут или переметнуться на сторону врага. — Он обвел собравшихся взглядом. — Но наша доля в вашем будущем уравновешивает все это. Если русские снова нападут на вас, а мы сбежим или облажаемся, мы ничего не выиграем.
— Вы делаете хорошее дело, — признал Вильк. Затем он улыбнулся, но взгляд его остался холодным. — Но, возможно, стоит также напомнить предупреждение Макиавелли против капитанов наемников — «они либо способные люди, или нет. Если да, то вы не можете доверять им, ибо они всегда будут стремиться к собственному величию; если нет — то просто разрушат все вокруг себя».
Мартиндейл уловил суть.
— Что касается нашего мастерства, вы можете верить нашей репутации, заслуженной потом и кровью — высокой ценой. Что касается опасности полагаться на меня… — Он искренне улыбнулся. — Вам придется положиться на своих соотечественников. Насколько бы я не ценил собственные политические навыки, я не могу представить свое вступление на должность президента Польши.
Теперь рассмеялся Вильк.
— Справедливо. — Затем он посмотрел через стол на американца. — И я не верю, что человеку с вашими способностями и вашим прошлым будет где развернуться в моей маленькой стране.
Мартиндейл печально улыбнулся.
— Вы хотите сказать, что я слишком привык к большой сцене?
Вильк кивнул.
— Я думаю, что вы являетесь человеком, который всегда предпочтет править в аду, чем служить кому-то на небесах, господин Мартиндейл. — Он протянул ему руку. — Но это дело вашей и моей совести. Со своей стороны, я согласен. Я нанимаю «Скайон» для защиты Польши.
Уэйн «Колотун» Макомбер постучал в дверь и вошел в жилое помещение личного состава наземной оперативной группы «Скайон».
— Итак, мальчики и девочки, подъем! Собирать вещи и на построение! Следующая остановка — Польша! Выезд через два часа!
Макомбер, крупный мощно сложенный мужчина, был ветераном Командования Специальных операций ВВС США. После службы на должности офицера элитной наземного подразделения, приданного 1-й Воздушной Боевой Группе, он пришел в «Скайон», возглавив усилия по привлечению и обучению личного состава в качестве пилотов КПУ и бойцов спецназа, оснащенных броней «Железный дровосек». И всякий раз, года это было возможно, он управлял КПУ в бою лично. На самом деле он не так уж любил этих роботов — он всегда ощущал себя не более чем рабом проклятой машины — но забывал об этом всякий раз, когда ему предоставлялась возможность убивать плохих парней и ломать все вокруг новыми и интересными способами.
Он широко улыбнулся, услышав красочный поток мата и громкого ворчания в ответ на свой стук в дверь. «Скайон» вербовала лучших бойцов спецназа в мире — мужчин и женщин с правильным сочетанием боевых, саперных, языковых и технических навыков, необходимых для выполнения невероятно сложных и опасных операций. Социальные навыки всегда приветствовались, но не входили в типичный список требований.
— О, дядя Уэйн! Рад видеть тебя! — Раздался из-за спины радостный голос.
Макомбер развернулся. Стоявший за его спиной молодой человек был более высокой и крупной версией того светловолосого старшеклассника, каким он его запомнил в последний раз.
— Так, так, это же Брэд Маклэнэхэн! Рад видеть тебя, малыш, — он критически осмотрел Маклэнэхэна-младшего сверху вниз. — Ого, судя по тебе, ты любого готов порвать, как тузик тряпку. Наверное, так любимые Уоллом курсы рукопашного боя, наконец-то окупились.
Брэд кивнул.
— Это спасло мне жизнь. Несколько раз. Как и ему. — На мгновение, его глаза помутнели от боли. Бывший сержант Морской пехоты Крис Уолл погиб, спасая его от одних из лучших убийц Грызлова.
— Да, я слышал об этом, — вдруг сказал Макомбер. Он покачал головой. — Для старого дерганого морпеховского засранца, которым он был, он все сделал правильно. — Затем он похлопал Брэда по плечу. — Кстати о хорошей работе, я слышал, что ты уделал двоих русских головорезов на КПУ-один. Хорошая работа. Но я чертовски надеюсь, что ты не поцарапал при этом краску.
— Если что, я лично помою и натру ваксой, майор. — Брэд заставил себя улыбнуться, подавляя тоску, которую он все еще испытывал из-за смерти Уолла.
— Ты не думал об устройстве в «Скайон» на должность пилота Огромного Боевого Человекоподобного Робота модели «песец всему»? — Спросил Макомбер. — Из того, что я видел несколько лет назад в Неваде, у тебя для этого есть все данные. И я более чем уверен, что ты не против поработать совместно с как минимум еще одним моим пилотом. — «Колотун» был одним из немногих, знавших о том, что Патрик Маклэнэхэн все еще жив.