Она была жива. Но её глаза были закрыты, а голова склонена на грудь. Она была без сознания.
Перед ней стоял человек. Он был одет в простую, серую одежду слуги. Незаметный, ничем не примечательный. Но я «видел» его ауру. Она была как туго сжатая пружина. Та самая тёмная, острая магия контроля. Это был он. Ассасин.
Он держал в руке тонкую серебряную иглу и собирался коснуться ею её виска.
Я не знал, что это за магия, но я понял — он собирался не убить её. Он собирался… стереть ей память. Или, может, что-то похуже.
Я был далеко. Но я был связан с этим местом через Сеть.
Не раздумывая ни секунды.
Шаг.
Хлоп.
Я материализовался прямо за спиной ассасина. Он даже не успел обернуться.
Я не стал плести заклинания. Я не стал использовать «лезвия» или «хлысты». Я сделал то, чему меня научила улица.
Я схватил его сзади за шею и плечо, одновременно подставив ему подножку. Резкий рывок.
Он не ожидал физической атаки. Он был магом, привыкшим к дуэлям на расстоянии.
Он потерял равновесие и с глухим стуком рухнул на пол. Серебряная игла со звоном отлетела в угол комнаты.
Я тут же навалился на него сверху, прижав коленом к полу и заламывая ему руку за спину. Он был жилистым и сильным, но мой вес и внезапность были на моей стороне.
— Кто ты такой⁈ — прохрипел я ему прямо в ухо.
Ассасин, прижатый к полу, не ответил. Вместо этого он сделал то, чего я никак не ожидал.
Он… расслабился. Его тело, которое до этого напряжённо сопротивлялось, вдруг обмякло. А затем его эфирное поле вспыхнуло ярким, неестественным светом.
Раздался не взрыв. А тихий, шипящий звук, как будто лопнул перегретый котёл. Тело под моими руками… распалось. Превратилось в облако чёрного пепла и тут же осело на пол.
Самоуничтожение. Последний приказ, вшитый в его душу. Он унёс свою тайну с собой.
Я откатился в сторону, кашляя от едкого пепла.
Комната была тихой. На полу — лишь горстка праха. А на стуле — всё ещё без сознания, но живая и невредимая, нянюшка Агриппина.
Я только что спас ключевого свидетеля. Но упустил убийцу.
Я поднялся на ноги. Меня немного трясло.
Что за чертовщина⁈ Какого рода магия ещё бывает в этом долбаном мире⁈
Я смотрел на горстку пепла на полу. Самоуничтожение. Это было за гранью моего понимания.
Я посмотрел на Агриппину. Затем прислушался. Из-за двери доносились встревоженные голоса — гвардейцы, очевидно, услышали шум. Времени не было.
Я вскочил. Подошёл к стулу, на котором она сидела.
— Прости, нянюшка, — пробормотал я.
Я не стал её развязывать. Я просто взял её за руку. Сконцентрировался. Вспомнил поместье Шуйских, холл, где я был совсем недавно.
Шаг.
Хлоп!
Мир моргнул.
Мы снова оказались в большом холле поместья Шуйских.
Я появился из ниоткуда, держа за руку всё ещё связанную и находящуюся без сознания женщину.
В холле были все. Лина, Дамиан, старый князь и Пётр. Они, очевидно, обсуждали мой уход, и моё внезапное возвращение, да ещё и с таким «грузом», заставило их замереть в шоке.
— Алексей! — первой очнулась Лина. — Что… кто это?
— Это, — выдохнул я, чувствуя, как уходит последняя энергия. «Прыжок» с пассажиром дался мне очень тяжело. — Это наш главный свидетель.
Я посмотрел на старого князя.
— Кажется, вашим гостям понадобится ещё одна комната. И, возможно, ваша помощь, чтобы привести её в чувство.
Я еле стоял на ногах. Адреналин отпускал, и наваливалась чудовищная усталость.
— Вы можете её осмотреть, князь? — сказал я, с трудом удерживаясь на ногах. — Это, возможно, главный свидетель против моего отца в деле о покушении на мою жизнь.
Старый князь Шуйский не стал задавать вопросов. Он тут же подбежал к Агриппине.
— Пётр, нож! Разрежь путы!
Пётр быстро достал небольшой нож и перерезал верёвки. Князь подхватил обмякшую женщину и положил её на ближайшую кушетку. Его руки засветились зелёным, когда он начал диагностику.
Лина подбежала ко мне и поддержала меня под руку, не давая упасть.
— Тише, тише… садись.
Она помогла мне опуститься в кресло.
Дамиан подошёл и встал рядом, глядя на то, как старик колдует над Агриппиной.
— Что там произошло, Воронцов? — спросил он тихо.
— Я нашёл их, — ответил я, тяжело дыша. — Убийц. Они были мертвы. А он… — я кивнул на Агриппину, — … он собирался стереть ей память. Ассасин моего отца.
Дамиан сжал кулаки.
— Значит, он заметает следы. Быстро.
— Она в порядке, — сказал в этот момент князь Шуйский, выпрямляясь. — Просто сильное магическое усыпление. И лёгкий шок. Я могу её разбудить. Но… — он посмотрел на меня, — … вы уверены, что хотите этого сейчас? Она будет напугана. И её рассказ… может быть очень тяжёлым.