— Вам этого не понять… Многие годы я совершал страшные и одновременно великие вещи. И вот наступил час расплаты… Я осознал вдруг… осознал… и понял, что моя Искра никогда не попадёт в чистилище и не получит перерождение. Джунская магия — это магия крови. И многие, кто практикует её, со временем меняются, и, как понимаете, не в лучшую сторону. Я увлёкся…
— Светоч? Ты раб Светоча? — спросил взволновано эльф.
— Да. Я попался, как наивный юнец. Спасая остров, я стремился спасти то, что на нём осталось от джунов. И Светоч дал мне такие знания, каких никто не может себе вообразить… Но за них я отдал свою Искру, а взамен получил это жалкое… никчемное тело… Чтобы удержать знания от случайных путешественников, я создал Стражей…
— Тролля, гигантскую рысь, краба, — начал перечислять я.
— Не только их, — маг замолчал, что-то обдумывая.
— Неужели здесь, кроме нас, никого не осталось? — спросил Первосвет, оглядываясь по сторонам.
Маг встрепенулся и выбросил за борт свой атам и чашу.
— Послушайте, — начал он, — это не конец. Чтобы спасти судно, я только что «отпустил» пожирателя Искр.
— И что? — не понял я.
— Многие годы я был на этом острове ни жив и не мёртв. Моя Искра навеки запуталась в джунской ловушке…
Безымянный спрятал своё лицо в ладонях. Несколько секунд он стоял молча, а потом бросился к нам:
— Послушайте! Послушайте! — вид его был настолько пугающим, что я отпрянул. — Я сейчас совершил самую большую ошибку! Эх!.. У вас есть два дня.
— А что потом? — не понимал я.
— Я не знаю, что будет потом… честно не знаю… Скорее всего, что уже ничего хорошего… для вас… для всех вас…. Надо уничтожить Проклятую Искру! Слышите? Уничтожить раз и навсегда!
— Зачем?
— Во-первых, мы отпустим его дух, — пробормотал Бернар себе под нос. — А во-вторых, мы уничтожим Великого Мага.
— Подожди, но ведь тогда…
— Я запустил последний этап, — тихо ответил Безымянный. — Светочу мало тех Искр, что он заполучил когда-то. Даже сегодняшних ему мало. Два дня это максимум… Два дня и его уже ничего не сдержит: он «разгорится» и заберёт всех, кто на этом острове.
— Охренеть! — выматерился я. — Из огня да в полымя! Два дня? Да мы даже до побережья дойти не успеем. Ну а потом? Если мы уничтожим Проклятую искру — остров поглотит астрал. И куда нам всем отсюда деваться? На этом корабле не улетит и пятой части всех спасшихся…
— Отсюда есть выход, — сказал Безымянный. — У моей хижины есть джунский портал, ведущий на один небольшой атолл. Я туда вызову патрульный корабль. На моём судне есть Сфера Сопротивления. Она поможет продержаться несколько дней. Я её активирую при помощи…
Тут маг огляделся, словно боялся, что его подслушивают.
— Магия крови, — тихо проговорил он. — В каюте есть обсидиановый жезл, а у вас, я чувствую, у каждого кусочек метеоритного камня. Откуда они?.. Хотя не важно. Чтобы «разбудить» джунские артефакты, как я уже говорил, необходима, как не странно кровь.
— Так! — меня просто взбесило то, что этот старикан мог это всё проделать, едва мы попали на этот остров. А вместо этого он подбрасывал нам сундуки с лекарствами и прочей лабудой. Всё, видите ли, переживал, за свой Светоч. — Что это за джунские порталы?
— Точно не скажу. Возможно — сеть неких «дорог», позволяющая перемещаться по Сарнауту. Наш мир весь пронизан этими древними телепортационными…
— Чем? — не расслышал я.
Но маг словно не слышал, продолжая свой рассказ:
— …связями, созданными джунами. А камень… способен чувствовать их. Он перемещает тебя между ними. Но, правда, совсем не далеко. Обычно через прибрежный астрал. Камень создан из метеоритного железа, а оно не даёт астралу пагубно повлиять на своего владельца. И ещё, свой камень можно «привязать» к ближайшему порталу и он при активации способен доставить тебя туда…
Безымянный вздохнул и вдруг кинулся ко мне:
— Пообещайте мне, что вы уничтожите Искру! Пообещайте, и я сдержу своё слово и помогу всем выбраться отсюда.
Я переглянулся с эльфом и Первосветом.
— Хорошо, так тому и быть.
— Вам надо разделиться: кто-то отправится в ваш лагерь за людьми, а кому-то надо идти на северный берег. И ещё: тому, кто пойдет на Искру, назад дороги не будет.
— Ещё лучше! — пробурчал я, складывая один к одному все варианты.
Лично для себя я уже решил, и своими мыслями поделился с командой.
— Да ты с ума сошёл! — воскликнул Бернар. — Один на Искру? Ты вообще знаешь, как с ней бороться?
— Всем тихо! Дело не в геройстве. Это оптимальный вариант. Сам прикинь.
И это была правда: только эльфа послушала бы Аманда. А если там окажусь я, да ещё с очередной «головой» дворянина… Своей мне точно не сносить.
А Первосвет? Ему-то зачем так бессмысленно погибать?
А тот уже намылился со мной, но я его остудил:
— Вот что, друг: мне хотелось бы, чтобы ты «обелил» моё имя. А во-вторых: подумай о своей мамке. Не уверен, что ей будет радостно услышать о том, что ты погиб на каком-то далёком острове…
— Я…
— Всё! Я так сказал!
Доказывать что-то мне не хотелось. А героизм и самоотверженность сейчас были совсем не к месту. Мой план был удобен мне: так я, по крайней мере, не буду ответственным за глупую смерть этих двоих охламонов…
Да, вот и прошлое догнало меня. За то, что я убийца, меня должна была ждать расплата.
В чистилище! Скорее туда, и пусть там решат, достойна ли моя Искра вернуться.
16
События последних дней завертелись уж слишком стремительно, и я, подобно веточке в обширном потоке реки, унёсся влекомый течением, не в силах что-то изменить, а уж тем более повлиять.
И вот результат: дорога в один конец. Нет и намёка на выбор.
Да, прав был Бернар: надо мной висит метка смерти. Своей ли, чужой — но висит, и смыть её можно только…
Глупо говорить, что я не боялся. Что-то внутри сжималось от одной только мысли, что это последний мой путь.
Надо просто смириться. Так и надо: это заслуженное наказание за ужасные дела, которыми я «прославился» в эти дни.
Безымянный сказал, что он даже рад, что на Искру иду я.
— Тебя прямо магнитом тянуло к Стражам… Может, Сарн внял моим молитвам и прислал тебя? — бормотал он. — Прошу, задержись ещё на пару минут.
Мы отошли к левому борту.
— Напоследок, — начал маг, — я тебе кое-что покажу. Твой колчан имеет ещё одно заклинание. Вот тут и тут, — тут Безымянный ткнул на какие-то узоры. — Если прочитать, минуя эти два слова, то получится ещё кое-что. Возьми стрелу и прицелься куда-нибудь.
Я так и сделал, выбрав небольшой камень на берегу.
— Ляэн-Блит! Вспышка! — сказал старик.
— Вспышка! — повторил я заклинание, спуская тетиву.
Стрела не успела отлететь и на шаг, как превратилась в стремительную золотистую молнию. Через мгновение камень разнесло на мелкие кусочки.
— Ничего себе! — я повторил и тот же результат. — Спасибо…
Безымянный молчал. Он как-то странно смотрел на меня.
— Мы, будто рыбьи икринки, — глухо сказал он. — Маленькие, беззащитные. Живём в своём мирке. А что за стеной, что за преградой? Чуждость. Астрал. Страх… Там обитают наши страхи. Неведомое — самый большой страх нашей никчемной жизни. Кто рискнёт выбраться, тому стать рыбой и жить в огромном озере. Другой навсегда останется в своей икринке, на своём островке, и там и погибнет… Как я…
— Как мы все, — ответил я. — Моё прошлое это та же скорлупа… У меня к вам вопрос: на судне меня должен был ожидать ответ о моём прошлом.
— Так и есть! — согласился Безымянный. — Если бы ты его не убил…
— Кого «его»?
— Предводителя мятежников.
— Береста Северского?
— Да, если его так зовут. Но ты, пожалуй, вроде как получил всё же какой-то ответ. Не так ли?
Я задумался: на память вдруг пришли последние слова Береста про чудовище. Ведь он меня знал! Точно знал!