- Елизавета Демидовна, голубушка, вы правда хотите меня заверить, что эти двое могут находиться в одном бальном зале и не покалечить друг друга? Они чудесно смотреться, спору нет. Но если единственное, о чем они могут говорить, это борщ, боюсь мой вечер будет неимоверно скучным…
Сергей не любил становится предметом чьих-то острот, поэтому посчитал возможным прервать Берг, до того, как ее слова успеют смутить или обидеть Ирину Александровну.
- Вы ошибаетесь, мы с Ириной Александровной наделены редким даром привлекать внимание куда бы мы не пошли и о чем бы не принялись рассуждать. И возможно самым ярким тому подтверждение служит то обстоятельство, что сегодня вы здесь, а не в театре. Разве нет? Позовите нас на свои знаменитый бал с театральным оркестром и точно не пожалеете.
Глаза сплетницы хищно заблестели. Пожалуй, только тщеславие могло соперничать с ее любовью к сплетням. А тут, сам князь просит приглашения на бал, будто бы не получил его еще месяц назад…
- И вы готовы сопровождать барышню Соколову? Позвольте спросить кого из двух? Ирину Александровну или все же Анну Михайловну?
Краем глаза он заметил, как напряглись плечи Ирины. Он был готов поклясться, что та сдерживает себя из последних сил и даже не поднимает глаза на Берг, но не из страха, а скорее, чтобы сдержать рвущееся наружу презрение.
- Что за вопрос, конечно же с обеими! Никогда не видел смысла ограничивать себя в партнершах по танцу. Ваш зал по-прежнему также огромен и должно быть сможет вместить множество гостей, включая двух миниатюрных барышень Соколовых?
- Всенепременно, князь. Всенепременно.
Желтофиоль
Домой Ирина вернулась в расстроенных чувствах. Нет, она понимала, что задача вернуть Аннушке дебют простой не будет, но выносить весь день любопытные взгляды, сарказм Берг и неуместные высказывая князя оказалось сложнее, чем она рассчитывала. Хотя она должна была признать, что последний честно ей подыгрывал и сделал все, чтобы их замысел удался.
Вечером того же дня прислали приглашения на бал у Берг, а за час до этого Елизавета Демидовна в письме дала самые подробные инструкции о том, как к этому балу следует подготовиться. Как бы не была Ирина ей благодарна, а то обстоятельство, что не только у Аннушки появилась новая соглядатая, но и у нее самой, было неприятно. В наставницы Соколовым была приставлена сама вдовствующая княгиня Трегубова, что конечно было невероятной честью, но в тоже время своего рода испытанием для Ирины, привыкшей за три года после смерти отца жить без оглядки на чье-либо мнение. Поговаривали, что после смерти мужа, оставшись с пятью дочерями на руках, княгиня была вынуждена лавировать в обществе в самых стесненных обстоятельствах, но таки смогла удачно пристроить всех дочерей, а после начала «протекционировать» и других молодых дам, волей случая оставшихся без материнского покровительства. Елизавета Демидовна в письме признавалась, что серьезно обсуждала с Трегубовой возможность дебюта собственной дочери в этом году, но тогда они сошлись во мнении, что это может подождать. И вот теперь ее связи пригодились для Соколовых, которым предстояло принимать княгиню уже через два дня. Во время этой встречи следовало утвердить платья, причёски, а также согласовать список кавалеров и танцы, в которых планируется принимать участие. Следовательно, обо всем этом следовало позаботиться до приезда уважаемой гости чтобы не задерживать столько занятую особу.
Верещагина отдельно подчеркивала, что к балу нужно подготовиться не только Аннушке, но и Ирине. А потому ее стратегия «постоять в уголке» в этот раз даже не рассматривалась. Заломив руки, Ирине Александровне оставалось только сокрушаться, как же ей так не повезло прогневать небо, что теперь предстоит выставить себя на публичное обозрение в качестве «престарелой дебютантки».
***
- Ты мне решительно ничего не объясняешь, Сережа! Ну ладно ты там кому-то что-то должен. Но я-то тебе зачем?
- Саша, не веди себя как склонная к истерикам барышня, это не займет много времени, речь идет всего лишь про обед. Уверяю тебя все присутствующие будут чувствовать себя одинаково неловко, так что наша задача лишь с энтузиазмом на лицах зайти в дом к Соколовым, и спустя час-полтора выти оттуда, обязательно покурив на крыльце несколько минут, чтобы как можно больше народу нас там увидело.