Но хуже всего было то, что произошло с ней под утро. Неугомонное подсознание словно издевалось, возвращая ее во сне к разговору на диване. Более того дорисовывая то, чего быть уж точно не могло: вот Акчурин садится к ней, вот он подвигается ближе, ловит выбившийся из прически локон, тенет за него… А она тянется к нему! Одно мгновение и их губы соприкоснуться. О, ужас!
В этот момент она просыпается с глухо бьющимся сердцем.
За окном уже за полдень, что для барышень, приглашенных на бал, самое время просыпаться и готовится к вечеру.
***
Особняк Берг был пропитан театральной и даже бутафорской роскошью, куда не глянь везде виднелись херувимы и путти, целившиеся в гостей из своих маленьких луков. Позолота и бесконечные зеркала ослепляли, даря ощущение нереальности происходящего. По давно заведенной традиции хозяйка приглашала немыслимое количество гостей, столько, что даже ее фантастических размеров зал, казался переполненным. Анна и Ирина Соколовы приехали, как им и было предписано в сопровождении вдовствующей княгини Трегубовой, которая казалось прониклась к подопечным искренней симпатией и просила называть ее без титула – Верой Павловной.
Наставница позаботилась чтобы обе ее подопечные выглядели безупречно. Анна, была, как и положено дебютанте, в светлом, бледно голубом платье с пышными рукавами из тафты, делающими ее немного похожей на восхитительно нежное воздушное безе. Ирина же была безмерно благодарна Вере Павловне за то, что ей вероятно в силу более зрелого возраста было позволено надеть платье более насыщенного цвета. Нежное шелковое платье, цвета незабудки невероятно удачно подчеркивало талию делая ее силуэт довольно изящным и утонченным.
Экипаж Трегубовой уже как десять минут прибыл, но из-за большого количество гостей, ждал возможности с достоинством высадить дам на парадных ступенях. А кузины продолжали получать наставления от княгини внутри экипажа.
- Анна, еще раз напоминаю, что все твои танцы на сегодня расписаны, будь крайне внимательной и возвращайся ко мне без промедлений каждый раз, когда закончится очередной танец. Если кто-либо из молодых людей не спешит тебя проводить или оставить под предлогом беседы…
- … Я вежливо говорю что-то вроде «мне кажется сюда спешить тот-то и тот-то, мы условились с ним о следующем танце, с нетерпением жду очередного бала чтобы иметь возможность потанцевать с вами вновь»
- Именно.
- Ирина, теперь ты. Я долго обдумывала твою проблему, и, мне кажется, нашла достойное решение. На сегодня к тебе будет приставлен помещик Спиридонов. Он в высшей степени приятный молодой человек, но из-за хромоты, как и ты совсем не танцует. Я уверила его, что ты не возражаешь против его общества. В приветственном полонезе вы стоите с ним в паре. Далее, если тебе удастся удержать его внимание, что я уверена будет совсем несложно, он станет твоим извинением от участия в танцах. Но я конечно же всегда буду подле вас и должна слышать содержание вашей беседы…
- Спасибо, ваша светлость… Вера Павловна – Ирина просияла. Даже от мысли о необходимости танцевать, ее начинала бить нервная дрожь.
- Не стоит благодарности. Все это очень печально. Будь ваш батюшка жив, я бы задала ему хорошую трепку за то, что он так мало о вас заботился! Ну все, мы уже у парадных ступеней, выходим барышни!
***
Спиридонов Владимир Иванович оказался человеком, не лишенным привлекательности, утонченным и немного флегматичным. Он сразу понравился Ирине, так как от него не исходило ровным счетом никакой опасности.
Полонез они стойко выдержали. Спиридонов незаметно опирался на изящную трость, Ирина шепотом считала шаги, копируя движения впереди идущей Анны. Она была готова поклясться, что выглядит ужасно нелепо, но искренне надеялась, что большое количество пар и ее хромой спутник послужат достойным оправданием ее неуклюжести.
Когда танец наконец закончился, Ирина чуть ли не в голос выдохнула и одарила Спиридонова такой благодарной улыбкой, словно он только что спас по меньшей мере ее жизнь.
- Приятно видеть, что я не один кого радует завершение этой экзекуции. Признаться мне было сложно поверить, что такая эффектная дама нуждается во моем обществе чтобы избежать танцев.
- Не только по этой причине. Я уверена беседовать с вами будет приятнее, чем стоять в одиночестве.
Спиридонов рассмеялся. Его светло-голубые глаза, заблестели весельем.
- Сочту это за комплемент. Княгиня вас мне смогла достаточно подробно описать, но как я понимаю, обо мне она вам мало чего успела поведать. Могу ли я как-то удовлетворять ваше любопытство?