Строго говоря, тракторишко был не белого, а бледно-синего цвета, но Семеныч утверждал, что его марка «Белорус». Поэтому Желтушка именовала тракторишку ласково-уменьшительно – «Белик». Тем более что тот не возражал.
– Ой, лучше не спрашивай! Фуры сплошным потоком! Наглые – просто жуть: ни с кем не здороваются!..
Желтушка понимающе вздохнула. С большегрузными фурами невозможно было сладить. Роскошными многотонными громадинами они проносились мимо, устремленные к известной только им цели где-то за горизонтом. Лишь иногда они останавливались на несколько мгновений, чтобы перевести дух на обочине. Однажды, увидев двух таких притормозивших красавиц, Желтушка набралась духу, чтобы пообщаться.
– Здравствуйте – робко промолвила она. – Как дорога?
– Что-то многовато планктона! – бросила одна из фур, обращаясь к своей напарнице. – С дач, что ли, едут?..
– Поехали! – отозвалась та.
Взревели могучие двигатели, и спустя секунды силуэты фур почти растаяли вдалеке. Желтушка помнила, как долго глядела им вслед. Так смотрят на огни инопланетных кораблей, до которых никогда не дотянуться.
7. Знакомства и разочарования
Привычно прокатив сотню метров по пыльной песчаной колее, Желтушка достигла невысокого пригорка, с которого открывался вид на соседний хуторок. Вот уже несколько лет участок пустовал, зарастая полынью. В ветреную погоду голубовато-серые соцветия бесчисленных кустов волновались и шумели, точно море в шторм. Среди этого штормового полынного прибоя одинокой скалой чернел старый дом. Когда Желтушка проезжала мимо, непроницаемо пыльные окна строения слепо отсвечивали солнечными бликами, придавая ему равнодушно-отрешенный вид. Иногда Желтушке казалось, что такими бывают глаза навсегда брошенного существа.
Сегодня окна дома были распахнуты, на растянутых бельевых веревках полоскались разноцветные тряпки, а по двору расхаживал незнакомый человек.
– Вот это да! – присвистнул Семеныч. – Неужели новый хозяин? Ладно, познакомимся…
Заметив в полынных зарослях свежую машинную колею, он осторожно свернул на нее и покатил. Приближаясь к дому, Желтушка по-прежнему видела лишь одинокую человеческую фигуру посреди двора. Она покатила вдоль полусгнивших сосновых жердей – подобия забора, – миновала приземистую жилую половину и … оторопела. За углом наспех пристроенной веранды, закрывающей обзор большей части дворового пространства, стояла машина редкой красоты.
“Discovery”, – лаконичной визитной карточкой выделялось рельефное чернение на темно-вишневом капоте. Несмотря на безукоризненно изысканный дизайн, в облике машины не было ничего избыточно-вычурного, ни намека на претенциозность – только рациональный аскетизм и гармоничная функциональность. Воплощенный аристократизм.
Встречая подобные аппараты где либо в городе или на трассе, Желтушка не испытывала ни раздражения, ни зависти. Хотелось просто любоваться ими, как наслаждаются чудесами природы или шедеврами искусства.
– Добрый день! – сказала Желтушка, стараясь не тушеваться. – Вы у нас недавно, не так ли?
– Впервые в жизни! С моим хозяином не соскучишься – здоровый образ жизни, назад к природе, свежий воздух… В итоге – в такой дыре! Фантастика! Тут заправки хоть есть?
– Вообще то одна имеется, но работает нестабильно. Видите ли, бензина на всех не хватает. Я бы посоветовала запасаться загодя – в канистру, к примеру…
– Что-что?! В наше время – в канистру?! Я же говорю – фантастика! Ладно, все понятно. До города час езды, одна шина здесь, другая там – и заправляйся, сколько влезет. Нет проблем!
У Желтушки дорога до города занимала втрое больше, и от этого небрежно брошенного «час езды» стало почему-то тревожно. Она до боли отчетливо представила трассу, мчащиеся фуры, свист ветра, шорох колес и скорость, скорость, скорость…
– Послушайте, хотела бы вас предостеречь – на тридцать пятом километре очень неожиданное сужение, на сто сороковом – глубокая выбоина, но самое опасное – поворот на трассу. Деревья разрослись и совсем заслоняют знак…
– Детка, кого учишь жить! Для меня дорога – дом родной. Ты хоть представляешь, сколько в день наматываю? Эх, деревня…
Желтушка смущенно замолчала. В самом деле, получилось неловко. Поучать такого аса попросту нелепо.
– Вы не обижайтесь, я просто думала предупредить…
– Ладно, чего уж там. Предупрежден – значит, вооружен! Так, кажется? Ха-ха ха!..
Теперь и вовсе все темы казались исчерпанными. Желтушка с удовольствием поговорила бы еще, но ничего путного не приходило на ум. Оставалось стоять в тягостном молчании. Хорошо, что Семеныч, наконец, попрощался и направился к машине.