Акбар ритмично забарабанил пальцами правой руки по подлокотнику трона.
- Ты идеалист, дорогой племянник, и дурной мусульманин. Тебе бы поучиться у меня. В моём гареме насчитывается тридцать жён и триста наложниц. Конечно, большинство из них были преподнесены мне в дар подданными, желавшими угодить мне или выпросить какой-либо милости. Но некоторых женщин мне пришлось завоёвывать самому, например, мою любимую жену Зайбе, или Элизабель, как её кличут на родине. Это мать моей старшей дочери Асары, Жемчужины Индии.
Султан искоса взглянул на Сарнияра, но тот уже потерял интерес к разговору и клевал носом от усталости.
- Тебе нужно выспаться, дорогой племянник. Когда ты, как следует, отдохнёшь, я пришлю в твою опочивальню двух наложниц. Мужчина не должен оставаться без женщин надолго, это вредит его физическому и душевному здоровью. Любовные соки, застаиваясь в теле, отравляют весь организм.
- Хорошо, - нехотя согласился Сарнияр, - но прежде, чем я пойду почивать, скажите мне всё-таки, где мой брат.
- Отправился навстречу невесте, - поведал Акбар. - Моя дочь живёт в Кашмире, в собственном дворце, построенном у озера Вулар, вместе со своей матушкой. Там более мягкий климат, а они обе, истинные француженки, с трудом переносят местную жару. Первоначально мы планировали отпраздновать свадьбу в Фатхпур-Сикри, поближе к Голконде, чтобы жениху не пришлось пересекать всю империю. Но в этом году сезон дождей там начался немного раньше, чем обычно, вследствие чего мы были вынуждены перенести свадебные торжества в Лахор. Принцессу и её мать заранее предупредили, они должны были прибыть сюда ещё две недели назад. Их задержка в пути очень обеспокоила меня, потому что мой сын Салим в последнее время уже не ведёт открытую борьбу, а предпочитает действовать вероломно за моей спиной. Из-за него твой брат Зигфар весь извёлся и уже не мог усидеть на месте. Позавчера утром он попросил у меня разрешения встретить Асару, и я позволил ему, потому что сам не нахожу себе места. И всё из-за Салима. Мне стыдно в этом признаться, но он, редкостный мерзавец, вполне способен подстеречь и похитить Асару. Хотя он ей брат по крови, давно питает противоестественное влечение к сестре, а кроме того, не упустит случая использовать её, чтобы давить на меня.
- Мне жаль, повелитель, - с искренним сочувствием сказал Сарнияр. - Могу я чем-нибудь помочь вам, Величайший?
- Нет, пока всё не прояснится. Я успокаиваю себя надеждой, что мою дочь и её мать задержали в пути неблагоприятные погодные условия. Однако я с большой признательностью принимаю твою готовность помочь мне. Не сомневаюсь, ещё представится случай испытать на деле твою прославленную доблесть. А пока ступай за моими слугами, они проводят тебя в твои покои.
Сарнияр встал с пуфика и, поклонившись султану, последовал за группой рабов под предводительством дворецкого Акбара.
Это был низенький тучный мужчина преклонного возраста. Его жирные румяные щёки раздувались от гордости, пока он торжественно выступал в голове процессии, неся в вытянутых перед собой руках бронзовый шандал с десятью горящими свечами. Сарнияр плёлся в самом хвосте черепашьим шагом, засыпая из-за его медлительности на ходу.
Зато благодаря ей же он разглядел превосходное убранство в южном крыле дворца, где Акбар разместил его эскорт.
Сарнияр удовлетворённо улыбнулся, убедившись, что его спутники получили достойный приют. Но лучшее из гостевых помещений было отведено ему самому.
Как только он вошёл в комнату, его ноги утонули в мягком ворсе шерстяного ковра, устилавшего пол от дверей до распахнутых настежь окон. Сарнияр уловил аромат орхидей, услышал журчание фонтана и обрадовался тому, что его покои смотрят окнами в дворцовый сад. Утром его разбудят пением сладкоголосые птицы, а не бряцанье оружия сменявших ночной караул дневальных, под которое он привык просыпаться в крепости Алиф.
Пока он стоял у окна, любуясь прекрасным пейзажем, проворные слуги распахнули резные деревянные шкафы в поисках подходящего для него размера ночной одежды. Обернувшись, он увидел их огорчённые лица и понял, что их поиски не увенчались успехом. Работавшие на Акбара портные и предположить не могли, что когда-нибудь к нему в гости нагрянет человек из племени Ад.
- Не надо ничего искать, - сжалился над рабами Сарнияр. - Я буду спать в том виде, в каком меня создал бог, но желаю, чтобы к утру мой дорожный сундук был доставлен в эти покои. А теперь уходите, я сам погашу все светильники и расстелю постель.