— М-м… какие шелковистые… — Саид запустил пальцы в мои волосы. — Ты похожа на солнце, твои глаза как ясное небо…
Внутренне передёрнуло от отвращения: как от прикосновений, так и неуместных комплиментов.
— Я хочу увидеть свой подарок во всей красе. Раздевайся!
— Что..? — Диана испуганно вздрогнула и попыталась оттолкнуть мужчину.
Да разве ей справиться с ним… Саид сдавил девушку в удушающих объятиях до боли, от чего она захрипела и жалобно застонала.
— Раздевайся… — угрожающе прошипел сквозь зубы.
Ему доставляет особое удовольствие видеть страх в её глазах — это распаляет, заводит, манит, бросает вызов мужскому самолюбию. Мимо такого он не в состоянии пройти.
— Не заставляй применять к тебе силу. Раздевайся! Немедленно!
Она отрицательно помотала головой, с трудом прошептав: «не надо».
Мужчина ловко скрутил Диану и потащил к кровати. Швырнул девушку на постель.
— Я жду! — потребовал. — Даю последний шанс избавиться от одежды самостоятельно, и возможно… — окинул её плотоядным взглядом, облизнув губы в предвкушении того, как вдоволь насладится своим подарком. — Возможно, сегодня не трону тебя, — так и быть, он готов потерпеть какое-то время, хотя долго сдерживаться у него не получится.
— Пожалуйста, оставьте меня в покое… — она сжалась в комочек, обняв себя руками в защитном жесте. Слёзы снова потекли, но вряд ли это остановит возбуждённого мужчину.
— Ты сама напросилась!
Саид схватил Диану за лодыжки, подтянув в свою сторону. И одним движением разорвал на груди тонкую ткань её платья…
Глава 4
Справиться с крупным, физически сильным мужчиной нереально… Я не пыталась сопротивляться, кричать или отбиваться, опасаясь, что Саид ударит, возьмёт в оборот и начнёт измываться надо мной. Лишний раз злить его не хочется, поэтому, молча, терпела, пока он рвал в клочья моё платье и нижнее бельё.
«Может, есть шанс договориться с ним? И избежать унизительной участи игрушки для утех…» — хотя кого я обманываю, перед собой приходится быть честной: Саид не даст такой возможности, не сжалится и не отпустит домой.
Что делать?!
— У тебя красивое тело, — он навис сверху и пожирает хищным взглядом непроглядно чёрных глаз.
Боюсь пошевелиться, боюсь глубоко вдохнуть, боюсь даже отвернуться, чтобы не вызвать гнев этого мужчины опять. Один неосторожный жест — тогда пощады не ждать. Провоцировать его нельзя. Глупо, наверное, но в душе ещё теплится крошечная надежда, что не станет насиловать.
— Всё, как мне нравится… — провёл ладонью вдоль моих бёдер: — Длинные стройные ноги, упругая попа, тонкая талия… Кожа гладкая, нежная, молочно-белая, — переместился выше.
А я нервно сглотнула болезненный ком в горле, представляя, что будет дальше…
Он накрыл мою грудь своей огромной ручищей: щипает соски, зажимая их между пальцами.
«Как же мерзко…».
— Идеальная… — ближе склонился ко мне, обхватив лицо за подбородок.
«Хоть в промежность не лезет».
— Сколько мужчин у тебя было?
Вопрос поставил в ступор.
«Сказать правду, как есть? Или накрутить количество половых партнёров?» — чтоб ему стало противно находиться рядом с женщиной, имеющей «богатый опыт» за плечами, чтоб подумал, будто через меня толпы мужиков прошли.
— Ответь честно, — словно мысли прочитал. И говорит вкрадчивым голосом: не требует, не приказывает, не принуждает. То ли тот факт, что лежу смирно, повлиял, то ли мой страх, который невозможно не заметить, но Саид, на удивление, ведёт себя спокойно.
То ли кажется? А неизбежное ждёт впереди…
— Трое, — решила не врать. Не хочу, чтобы он выпытывал любые подробности прошлого.
Тем более, глядя на меня, едва ли заподозришь в занятиях проституцией или неразборчивых беспорядочных связях. Только серьёзные долгосрочные отношения были в моей жизни, а полгода назад замуж собиралась, но с несостоявшимся мужем мы расстались за две недели до свадьбы. С тех пор я одна.
— Больше к тебе никто не прикоснётся. Теперь ты принадлежишь мне, — Саид надавил пальцами на мои щёки, заставляя губы вытянуться в трубочку.
И уже почти поцеловал… каких-то пару сантиметров осталось…
— Не надо, — тихо пролепетала я, готовясь к худшему.
Да разве спросит…
Из ситуации спас настойчивый стук в дверь. Потом послышался учтивый голос:
— Господин…
Это вызвало в нём раздражение за считанные доли секунд:
— Сказал же: не отвлекать! — он слез с меня. Быстро направился к выходу.