Передо мной стояла кайдорка. Статная, высокая, белокурая женщина с холодными серыми глазами, в которых сейчас плескалась надежда, боль и страх ошибиться.
— Эмм, нет, я Лиина, — пробормотала я. Она так напряженно разглядывала меня, что даже неудобно было разочаровывать.
— Тая Хильрен, не стоит… — почтительно позвали снизу застывшую кайдорку давешние воительницы.
Неловкий момент прервал подошедший светлый эльф. Кинув недовольный взгляд на женщину, он по-хозяйски схватил меня за руку и потащил в коридор, несмотря на мое хмурое «необязательно сразу хватать меня своими щупальцами!».
И все же я услышала тихое:
— Я нашла тебя, Энгиль.
Хм, есть, о чем задуматься.
— Ты что, водишься с кайдорками? — спросил Дан, стремительно шагая по полутемному коридору.
— Ни в коем разе, — опасливо заверила моя буксируемая тушка.
Лица мужчины я не видела, довольствуясь видом напряженной спины и того, что ниже. А ничего так…
Эльф внезапно остановился, поворачивая голову ко мне. Кажется, уловил, что я с удовольствием разглядывала его задницу. Упс!
Синеглазый усмехнулся, внезапно легонько щелкнув меня по лбу.
— Не натвори дел, девочка.
И ушел, оставив меня глупо хлопать ресницами. Это что сейчас такое было?
Вчера эльфы предупредили, что опять уйдут на весь день, вроде бы на встречу с сородичами, живущими в Ларене, я уж как-то не интересовалась. Поэтому никто не пришел будить меня на рассвете, и я внаглую продрыхла до самого полудня.
Приведя себя в относительный порядок, я тихонечко (тоскливые позывы желудка не считаются) прокралась в общий зал, высматривая, не появится ли на горизонте улыбчивая туша Алина. Испытать вновь силу его гостеприимных объятий как-то не хотелось.
Тихо, едва дыша, я спустилась на последнюю ступеньку.
— Добрый дэнь, крыссавица! — радостно и с узнаваемым акцентом завопили над самым ухом.
— А-а-а! — уныло взвизгнула я в ответ.
Хозяин «Трилистника», стоявший все это время под лестницей и поэтому совершенно не заметный, схватил меня под белы рученьки, при этом умудряясь тарахтеть так, что у меня голова шла кругом:
— Карашо ли тэбе спалось, прекрасная гурия? А то я все бэспокоилса за тэбя, думал, нэ нада ли чэго. Так ты нэ стэсняйса, дарагая, проси если чэго, да? Такой прекрасный дэвюшка Алин все дастанет!
«Крыссавице» оставалось только затравленно кивать в ответ, пока сарацин вел ее к столу, где сидели рыжий гном и проводник.
Здесь меня торжественно усадили на стул, полюбовались всклокоченными волосами, судорожно разинутым ртом и выпученными глазами, во всеуслышание объявили, какая я прекрасная пери (это ругательство такое, да?) и удалились.
А я наконец обрела способность нормально дышать.
— Почему…они…такие?
— Кто, сарацины? — улыбнулся Кайрен.
— Ды-да…
— А ты видела их женщин, нет? Дело в том, что они не очень-то отличаются от мужчин.
Я взглянула на соседний столик, где сидели три заросших волосами носатых сарацина. Один приветливо улыбнулся мне, показав щербатый рот. Я впечатлилась.
— Поэтому их бабы и носят паранджу, — вставил Рринг, за раз опустошив кружку крепкого вина и оглушительно рыгнув.
— Что-то я не понимаю. Вот гномих, говорят, от мужчин этой расы внешне не различить. Но вот рыжик, — я бесцеремонно ткнула пальцем в охреневшего Рринга, — на человечек же не бросается!
— Вот щас и наброшусь, если рот не закроешь, баба, — неуверенно пригрозил он.
Ха, напугал!
— А я тебя тогда поцелую, — злорадно пообещала я. Сын гор сразу скуксился и поспешил удрать с поля брани. Мало ли чего можно ожидать от ненормальной травницы!
— Лиина, ты сама ответила на свой вопрос, — засмеялся Кайрен. — Гномы заглядываются только на гномих, а сарацины — люди. Причем очень любвеобильные. Ну а ты у нас девушка красивая, молодая и свободная. Вот они и пытаются…кхм, — произнес проводник, глядя как я облилась чаем и с ужасом уставилась на него.
— Только не говори, что Алин не женат! — взмолилась я. — А чего он так настойчиво к Вевее не пристает?
— Она все-таки магиня. А еще посмотри во-он туда…
Я послушно повернулась, ловя клацнувшую нижнюю челюсть.
Вевея сидела в другом конце зала в компании трех кайдорских воительниц, преспокойно что-то обсуждая.
Вевея
— Не понимаю, как ты можешь терпеть этих ушастых выскочек, — мурлыкнула Фалайна, изящным жестом откидывая назад прядь упавших на глаза волос.
Я только хмыкнула. Интересно, кто кого терпит-то.
— Вообще мужчин не люблю, — продолжила кайдорка, презрительно оглядывая зал.
— Да-да, — подхватили Амидрун и Надидрэ, успевшие с утреца опустошить целый кувшин темного пива. Видимо, такие же профессионалы, как Рринг. — они отвратительны!
Я критически осмотрела сестер воительниц. Здоровые бабищи, мускулистые такие. Я бы удивилась, если бы они пользовались успехом у противоположного пола, честное слово! А вот почему Фалайна — гибкая, стройная как тростник девушка со смазливым личиком — ненавидит мужчин?
— Ну не скажите, под ящик гномьего самогона они на ура идут, — безмятежно произнесла я, принимаясь за свой пирог. Ларенские «ягодники» — это нечто!
Кайдорки уставились на меня с плохо скрываемым отвращением.
— Шучу, — фыркнула я.
Пить мне как-то больше не хочется после безумных гулянок в Семисвинске, когда наутро я проснулась в одной постели с Кайреном. Блин, я прямо чувствую, как щеки предательски заалели при этом воспоминании. И неважно, что я тогда его чуть не угрохала…
— Я не ошиблась в тебе, сестра, — улыбнулась Фалайна.
Э-эм? Я что-то пропустила?
Вообще, утро выдалось занятным. Уже по привычке проснулась я рано, послонялась по номеру и от скуки потренировала парочку заклятий. Идти к Лиине или Лэнар не было смысла — первая еще спит, а вторая тренируется. Тогда я спустилась в общий зал. Несмотря на ранний час, все столики были уже забиты. Я почти распрощалась с мечтой о завтраке, когда мне помахали со стола воительниц. Так вот, собственно, и познакомились. И если Надидрэ и Амидрун вполне устраивало высокоинтеллектуальное общество кувшина с пивом, Фалайну, наоборот, заинтересовала я.
— Как вообще получилось, что ты стала воительницей? — спросила я девушку. Сразу же видно, что не коренная кайдорка.
— Я армерянка, — подтвердила мои мысли Фалайна, — В нашей стране принято красивых девушек продавать невольницами в богатые дома. Меня тоже ждала такая участь, если бы я не сбежала из дома накануне сделки. Не знаю, что бы со мной случилось, если бы я не встретила Хильрен. Она предложила мне войти в ее клан воительниц.
— Тая Хильрен всегда спасает заблудшие души, — поддакнула Надидрэ.
Амидрун хватило только на согласное мычание.
Ну — ну…
Я вспомнила вчерашнюю белокурую женщину. В ней сразу чувствовался опытный воин. Интересно, зачем она привязалась к нашей бедовой знахарке?
— А кто она вообще? — начала я расспросы.
— Глава нашего клана Волчиц! — гордо прогудела Надидрэ, ткнув себя в грудь, где висел кулон с изящно вырисованным волком с мелкими изумрудами вместо глаз.
— Красивенько, — согласилась я, лихорадочно обдумывая, как бы подвести разговор к Лиине.
А мне везет!.. Я полностью уверилась в этом, когда в центре зала послышался какой-то визг и шум — это хозяин «Трилистника» радостно душил в объятиях мою подругу.