Вир!
«Пока я жив, магия этой монетки будет согревать тебя, малышка».
— Мое имя Эниан Сангверский, а как зовут вас?
— Талика, — и я прекрасно знаю, кто ты.
Полукровок в столице было много, но именно этого мужчину, стоявшего перед моим столом, знала, что называется, каждая собака. Эниан Золотое горло, придворный менестрель. Прозвище оригинальностью не блещет, зато сразу понятно, что природа одарила его хорошим голосом. Хм, ну и смазливой мордашкой.
И сейчас эта мордашка явно нацелилась на место в моей постели. Опасная затея, особенно если учитывать, что сейчас мы находимся в печально знаменитой таверне «Веселый тролль», и на нас недовольно косится сам хозяин заведения. Вот Гырг-то в курсе, что я не выношу придворных хлыщей. И от меня они хоть и уходят голыми, но далеко не удовлетворенными…
— Сыграете? — с затаенным злорадством приглашаю полуэльфа за свой стол.
— Я больше по музыкальной части, — попытался отказаться тот.
— Я желаю, — раздался позади меня хрипловатый мужской голос.
Обернувшись, обнаружила высокую фигуру в плаще, скрытую до кончика носа глубоким капюшоном. Право, какая досада — обладатель такого шикарного голоса явно должен быть так же красив внешне.
— В таком случае, я тоже сяду, — проявил упрямство менестрель, недовольный тем, что мое внимание занято другим.
— Приступим, господа, — подавив невольную улыбку, я достала колоду карт. — На что играем?
В этот вечер я решила отступить от своего правила — играть только на деньги.
— На ваш поцелуй, — томно улыбнулся Эниан. Кто бы сомневался.
— Мне все равно, — ответил незнакомец, подзывая разносчицу. — Я всего лишь решил проверить ваши таланты.
И это тоже предсказуемо.
— А если выиграю я, вы откроете свое лицо, — отозвалась я и игра началась.
Это оказался мой первый проигрыш. Как?!
— Приятно было иметь дело, — протянул мужчина, поднимаясь.
Я неверяще смотрела на его карты. Светило, Вестник смерти и Бездна. Лучший расклад. Рядом храпел Эниан, занимая своей соломенной гривой полстола.
Проиграла… Как так?
— Постойте! Покажите мне свое лицо, — сквозь зубы процедила я. — Я должна знать, кто победил меня.
— Гордость, — хмыкнул мужчина. — А волшебное слово?
— Пожалуйста…
Он сбрасывает капюшон, и я вижу насмешливые янтарные глаза темного эльфа.
Так я познакомилась с Виром. Откуда мне тогда было знать, что ему, магу, ничего не стоит обыграть самого искусного шулера?
— Ты опять жульничаешь, ушастый колдун!
— Я? Нисколько! — веселится Вир, наблюдая, как я возмущенно машу руками, не находя слов. Поймать за руку его так же невозможно, как и меня.
Возможно, именно поэтому мне безумно интересно раз за разом пытаться выиграть.
Всего за неделю этот дроу умудрился стать частью моей жизни. Я уже знаю, что он пробудет в Геликоне еще месяц, пока не уедет делегация темных эльфов. У меня есть время, чтобы показать ему весь город.
Я не помню свое прошлое, однако уверена, что Вир — моя первая любовь.
Но…
— Твоя дружба дороже, чем пара ночей, проведенных вместе, — мужчина улыбается, не подозревая, как горько становится у меня на душе.
Я уже не знала, что лучше — стать любовницей, заранее понимая, что через несколько недель, когда Вир уедет, я пополню ряды брошенных поклонниц, или никогда не знать вкуса его губ?
А он все решил за меня.
— Лиина! Лиина! — кто-то трясет меня за плечи, и я снова оказываюсь в своем дождливом одиночестве.
Мокрый и злой Дан обнимает меня, пытаясь увести в сторону «Трилистника». Трясусь от холода. Кажется, он что-то говорит, но я не слышу. Да и зачем?
Как мы дошли до комнаты, стерлось из памяти.
Прохладная ладонь на лбу. Сквозь пелену слез ко мне прорывается спокойный голос Лэнар.
Все будет хорошо. Все будет хорошо.
Сколько раз я уже слышала эту фразу?
Я киваю, просто чтобы не слышать больше этих трех проклятых слов, а перед глазами стоят пронзительные янтарные глаза.
Прости за то, что меня нет рядом.
— Держи на память.
— И ни в чем себе не отказывай? — усмехаюсь я, разглядывая неярко сияющее солнце на ладони.
Лошадь нетерпеливо переступает с ноги на ногу. Вир вскакивает в седло, за ним взмывают в воздух ослепительно белые, сплетенные в узел волосы.
Пора прощаться, а я ненавижу это занятие.
— Пока я жив, магия этой монетки будет согревать тебя, малышка, — дроу широко улыбается, не зная, как разрывается от боли мое глупое сердце.
Глава 13
Глава 13
Вевея
Напевая под нос какой-то прилипчивый мотивчик, я поднималась по лестнице. В голове весело шумело. Спать совершенно не хотелось, а пообщаться не с кем — Лэнар уже легла отдыхать, травница вообще неизвестно где шляется. Кто у нас остался? А, Фалайна! Обрадовавшись потенциальному собеседнику, я отправилась к кайдорке, которая, как я знала, жила в угловом номере следующего этажа.
Разумная мысль, что и она может спать, настигла меня, когда дверь уже открылась. На пороге, позевывая, стояла смуглая воительница в короткой рубашке. Заспанное лицо оживилось, рука взлетела пригладить растрепанные волосы.
— Ой, Вевея, не ждала. Заходи!
— Я ненадолго, ик, — пообещала я, нетвердой походкой пробираясь внутрь.
— Отчего же? — с загадочной улыбкой ответствовала Фалайна, жестом указав мне присаживаться на ее кровать. — Ты, кажется, хотела узнать про Энгиль?
— О, да, можно, — согласилась я, вспомнив, что завтра с утра посадка на корабль и больше случая поговорить с кайдоркой не представится. Жаль, знакомство интересное.
Девушка, покопавшись в сумке, извлекла призывно булькнувшую бутыль и села рядом. Сделав глоток, произнесла:
— Тая Хильрен — глава нашего клана, а Энгиль занималась разведкой. Все было как обычно, пока однажды ее отряд не пропал без вести на границе наших владений с Оркской степью.
— Весь отряд? А что произошло?
— Может, столкнулись с орками Черной орды, может с нежитью — никто точно не знает. Спустя месяц поисков мы нашли Энгиль — вернее то, что от нее осталось…
Фалайна замолчала. Было видно, что ей трудно рассказывать. Со вздохом, она закончила:
— Тая Хильрен очень любила…любит до сих пор свою Северную звезду. И вдруг видит в сарацинском городе столь похожую на нее девушку.
— Вы думаете, что Лиина это она?
Кайдорка покачала головой, сделала большой глоток из бутыли и подала мне.
— Я хоронила Энгиль. Мертвые не возвращаются. Надеюсь, Волчица тоже это понимает.
Сколько странного и непонятного в этой истории! Думаю, знахарке будет интересно узнать все это.
Я задумчиво попробовала напиток. Горло ожгло так, как будто я поцеловалась с пламенным балауром.
— Кха-кха-кха! Что это? — просипела я, глядя на искренне веселящуюся воительницу. Крепкое пойло, аж в голову вдарило.
— «Цветы любви», кайдорское вино. Не пробовала раньше?
— Я бы это явно запомнила…ик.
— В нашей стране его подают сестрам… Самым дорогим, — мурлыкнула Фалайна, придвигаясь ближе. Горячее дыхание защекотало ухо.
Что это она имеет в виду?
Последние сомнения разрешились, когда девушка тесно прижалась ко мне, обнимая. Пресвятые кочерыжки!!
Уже выбегая на всех парах из комнаты кайдорки, услышала позади вопль: «Стой, Вевея, я могу все объяснить!».