- Что именно ты хочешь мне рассказать? – вскипел черной злобой туранец – По твоей милости мы попали в это замечательное подземелье, в гости к бесноватой ведьме. Только преисподняя Нергала может быть хуже этой западни, да и то я в том сильно сомневаюсь! Теперь еще и до девушки моей пристаешь!
Брови варвара взлетели вверх, выражая крайнюю степень удивления. Он хотел уже язвительно поинтересоваться с каких это пор, Рахмат считает Гури своей девушкой, но сумел вовремя попридержать язык.
« Может это побочный эффект?- размышлял киммериец, задумчиво поглядывая на взъерошенного Рахмата.- Прямо наваждение какое-то, так влюбиться, посмотрев на то, как девушка танцует. Неплохо, но ведь видали и получше. А!- озарило его – Может, девчонка тоже слегка поколдовала? Она ему сняла заклятье своим танцем и в свою очередь крепко влюбила несчастного в себя! Вот бедняга-то!- северянин проникся сочуствием к Рахмату и решил не обращать внимания на его вздорные обвинения. Относиться к аграпурцу стоило теперь, как к душевнобольному. – Любовная магия – возмущался киммериец про себя, поминая всех богов и богинь, а так же их части тела – Это вам не хухры-мухры! Все бабы – ведьмы!»
Придя к окончательному решению, киммериец примирительно произнес:
- Ты можешь хоть сейчас уйти отсюда! – отводя глаза в сторону, сказал варвар – Как я понял, никто из слуг ведьмы, да и она сама не знают об этом ходе.
- Нет уж!- резко ответил Рахмат – Если я уйду, то только вместе с Гури. Тебе также незачем здесь оставаться.
- Не получится.- угрюмо проговорил Конан, чувствуя, что он больше не в состоянии лгать своему другу – Мне придется остаться здесь и цыпленочку тоже, рад ты этому или нет.
- Что? – Рахмат страшно побледнел, не осознавая, что одни чары заменили другими и вместо одной женщины он готов подчиниться другой – Зачем? В подземном лабиринте столько туннелей, что они могут искать нас хоть всю жизнь! Нам нужно бежать, бежать отсюда и спасать Гури!
- Нет.- киммериец с жалостью взглянул на спящую княжну и с сочувствием на Рахмата – Она не может бежать. Она останется здесь, со мной и умрет на алтаре!
Туранец отказывался верить своим ушам, но, наткнувшись на твердый взгляд пронзительно-синих глаз северянина, ошеломленно пробормотал:
- Я не верю, что ты отдашь эту несчастную девочку кровожадной твари по имени Шанкар-Шарма, пусть Нергал сожрет ее печень и поглотит ее душу, если она у нее есть! Или же – потрясенный страшной догадкой, Рахмат отшатнулся в сторону – Может быть вендийская шлюха околдовала тебя? – воскликнул он, тряся головой от негодования – Я не позволю тебе, Конан, совершить черное дело! Я буду сражаться с тобой и спасу девушку!
- Прямо таки рыцарский роман!- буркнул киммериец, хватая туранца длинными руками – Прости, дружище, но надеюсь, пара оплеух приведет тебя в чувство!
И он, от души, вмазал туранцу прямо по возмущенной физиономии.
- Я должен остаться – просто проговорил он, убедившись, что Рахмат не дергается, а внимательно слушает – Меня никто не околдовывал, в отличае от некоторых. Могу сказать тебе только то, что и меня принесут в жертву вместе с ней, но после этого я постараюсь свернуть шею и жрице этой, ее богине и всему этому обезьяннику!
- Ты свихнулся – обреченно проговорил Рахмат, сплевывая солоноватые капли крови разбитых губ – Подобные шуточки могут раньше времени свести меня в могилу.
- Я не шучу.- серьезно ответил Конан, внимательно наблюдая за Рахматом. Тот казался вполне нормальным и не рвался спасать Гурии прямо сейчас – Мне казалось, что ты достаточно хорошо меня знаешь. И если я говорю, что так надо, то…
Конан не успел закончить свою мысль. Двери темницы распахнулись и в проеме возникла разъяренная колдунья.
Ее бледное лицо, казалось светилось в полутьме подземелья, роскошные темные волосы выбились из сложной прически и свисали неопрятными прядями. Жрица тяжело дышала, хватая воздух пересохшими губами.
Шанкара обвела темницу посветлевшими от злости глазами и остановила свой взгляд на свернувшейся калачиком девушке. Воздух со свистом вырвался из ее легких.
Шанкар-Шарма перевела взгляд на пленников и злорадно улыбнувшись приказала стражникам, толпящимся у нее за спиной:
- Взять их! Приковать к стене, а эта дурочка – она презрительно хмыкнула, брезгливо кивая на княжну, проснувшуюся от гневных выкриков растрепанной жрицы и жмущуюся от испуга в темный угол – пусть полюбуется на их мучения!
Вперед стражников, торопясь исполнить повеление госпожи, выскочил уже знакомый Конану по болотному поселку, Выродок.