- Я рад, что ты еще жив! – сверля глазами бледное лицо Ади-Басса, проговорил Ченгир-хан – Я буду лично пытать тебя, неблагодарный пес, до тех пор, пока ты не станешь лизать мне пятки и умолять о смерти, как о великой милости!
- Вы забываетесь, принц! – громко воскликнула Марджена, возмущенная бесцеремонностью знатного гостя – Карать и миловать в своем государстве могу только я, его законная правительница! Вы всего лишь гость при нашем дворе! Я бы советовала помнить об этом всегда! – темные глаза правительницы Вейнджана опасно блеснули, взгляд был острым, точно кинжал.
Принц, приятно удивленный решительной переменой в поведении раджассы, заглянул в прекрасные глаза женщины. Он не заметил в них и тени безумия.
- Госпожа! – с нежностью в голосе, произнес Ченгир-хан – Моя сестра Юасмина, Деви Вендии..
- Ваша сестра, несомненно, точно так же, как и вы, принц, была введена в заблуждение слухами о Нашем нездоровье и о смерти Нашей единственной дочери, княжны Гури – властно перебила высокого гостя раджасса – Но, наследница престола жива, мятеж подавлен и в нашем княжестве снова наступил мир. Вы сможете рассказать об этом нашей уважаемой сестре, Деви Юасмине, лично!
Ченгир-хан быстро справился с растерянностью, заподозрив неладное. Его, точно последнего глупца, норовят отправить домой, оставив ни счем! Так не пойдет, ведь именно благодаря ему, заговор Ади-Басса потерпел сокрушительное поражение. О том, что его спасла из заточения Рамасанти и вывела из подземелья, вендийский принц предпочел позабыть на некоторое время.
- Моя сестра, Деви, писала Вам о моем приезде, прекрасная госпожа – важно проговорил он – Вы дали на то ваше согласие. Я надеюсь, что княжна Гури, этот нежный цветок, взращенный в вашем саду, окажется достойна вендийского принца и ничто не сможет помешать нашему браку. Появление наследника, я думаю, только укрепит союз между Вейнджаном и, дружественной ему, Вендией!
Теперь настала очередь Марджены удивляться нахальству и настойчивости вендийца, но на помощь правительнице пришел Вайомидис.
- Раджасса, как и все мы, польщена Вашим предложением, принц, но решать данный вопрос может только княжна Гури. В нашем княжестве девица может сама позаботиться о выборе избранника. Разумном выборе, разумеется.
- Я хотел бы лично побеседовать с прекрасной княжной – продолжал настаивать принц – Я столько слышал о ее красоте и благонравии. К тому же, до меня донеслись и иные слухи – о похищении и прочих ужасах.
- Это не белее, чем слухи! – куда резче, чем следовало, ответила раджасса – В данный момент, княжны нет во дворце, но, мы обязательно ознакомим ее с вашим предложением, как только она вернется. А, теперь, принц – Марджена уже не скрывала своего неудовольствия – Аудиенция закончена. После перенесенных волнений я нуждаюсь в отдыхе. Да и вам, как я посмотрю – она изволила обратить внимание на неопрятное одеяние вендийца, измятое и залитое маслом – стоит позаботиться о себе. Рахабуи! – Марджена хлопнула в ладоши и толстый евнух, почтительно кланяясь, возник на пороге – Позаботьтесь о нашем драгоценном госте, выполняйте все его прихоти!
Ченгир-хан покорно кивнул и последовал за масляно улыбающимся евнухом. Теперь он знал точно, что слухи о похищении княжны – чистая правда, а не выдумка досужих сплетников. К тому же, Рахабуи показался ему неглупым и смышленым малым, даром, что евнух. Золото открывало рот и не таким хитрецам.
Вендийский принц низко поклонился раджассе и удалился в сопровождении своих телохранителей и Рахабуи, чье широкое лицо сияло от восторга.
Хитрому челядинцу не очень нравился Ади-Басс и он, оставаясь верным раджассе, претерпел немало неудобств от солдат узурпатора, наперегонки наровящих поглумиться над толстяком.
Теперь же, все вернулось на свои места и маленький человек Рахабуи, был очень рад, что где-то на небесах боги решили именно так, а не иначе.
**
Шарма почти выбилась из сил, но ей все же удалось добраться до нужного места.
Жрецы Шиншага, Короля Кобр, хорошо прятали свое убежище, в котором, как и Шанкара, приносили в жертву своему божеству, ни в чем не повинных людей.
Шиншаг Тысячеголовый мог считать себя младшим братом грозного Сета, Верховного божества Стигии. Только вот в Стигии, стране черных магов и черного колдовства, власть его никто не оспаривал, а вот в Вейнджане дела обстояли совсем иначе.
Крошечные фигурки змей, встречавшиеся как на перекрестках больших дорог, так и на проселочных тропах, грозно скалили длинные зубы, требуя жертвоприношения. И забитые, суеверные селяне тайком, дабы не злить служителей Всеблагого Асуры, приносили к этим зловещим фигуркам убитых зайцев и мышей, а кое-кто и домашний скот, опасаясь мести древнего бога.