Киммериец довольно хлопнул Рахмата по плечу, да так, что щуплый туранец даже присел.
- Хитер ты,приятель! - восхитился варвар - Не зря за тебя Илдиз награду объявил.
-Угу! - пробурчал молодой туранец, которому было мало радости в том, что за его голову обещают много денег -Был первым вором в Аграпуре, был, да сплыл.. Появился огромный варвар и принялся махать своим дурацким мечом, да резать стражников, точно баранов и, прощай, Туран..
- Неприятности у тебя начались задолго до моего появление в том треклятом трактире.- справедливости ради, заметил Конан.
- А солдат,отправленных за нами в погоню,видать нечистый дух прикончил? - не сдавался туранец.
- Может и нечистый -миролюбиво согласился киммериец - Выкупаться так и не удалось.Вместо этого я, помнится,спасал кого-то от старого развратного любителя мальчиков.Зато ты жив и даже сохранил невинность - киммерийцу несколько поднадоело сидение в душном трактире,хотелось на воздух - Постой, постой -вспомнив, спохватился северянин - Ты так и не рассказал мне, что дальше стало с магараджей, который разрушил храм и завладел короной Сигтоны. Наверное, жил долго и счастливо, с таким-то сокровищем в руках?
- Ничего особенного - буднично ответил туранец - Однажды утром слуги нашли его в мраморной купальне, совершенно голого, на залитом кровью полу. У него отрезали нос, уши и все, что еще можно отрезать у мужчины, выкололи глаза, а, вырванное из груди сердце, сожгли прямо там и от него осталась лишь горстка пепла.И никто не слышал ни криков о помощи,ни шума борьбы.Именно так богиня отомстила осквернителю своего храма, дотянувшись до него из сумеречного мира.
Конан и Рахмат переглянулись-им было о чем подумать.
Киммериец не боялся злобных, мстительных монстров и, судя по всему, их не слишком опасался туранец.
- Как же мы попадем во дворец? - задумался киммериец, жадно вглядываясь в синеющую за окном даль - Знаю я этих восточных царьков.У них охраны больше,чем блох на беззубой собаке!
Взгляд Рахмата был весел и хитер, точно беглый аграпурский воришка удумал какую-то пакость.Очень не понравился этот взгляд киммерийцу - от него за лигу несло неприятностями.
- Есть один способ - важно проговорил Рахмат - нужно найти «червя». - Червя? - Конан изумился и внимательно взглянул на юношу - не сбрендил ли тот, часом-Зачем тебе подобная мерзость? Холодная, скользкая тварь…А!-осенило его - Ты хочешь подбросить мерзкую штуку в постель бедной женщины, которая лишилась мужа и дочери одновременно? - Конан сокрушенно покачал головой - Подумать только - и он меня еще называет варваром!
Не слушая киммерийца, туранец продолжил свою мысль:
- «Червям» известны все тайные норы этого города,все вонючие ямы и тоннели..Если кто и сможет провести нас в Лунный дворе, то только «червь».
Конан сморщил нос - ему уже чудился запах сточной канавы и вонь грязных тел
…В это время, внизу, в общем зале трактира, толстый хозяин «Последнего приюта» переживал очередное потрясение, горько сетуя на привратности злой судьбы, пославшей ему столько испытаний за короткий срок.
Не успел он отнести завтрак буйному здоровяку и его тощей подружке, оказавшейся и не подружкой вовсе, а бесстыдным юнцом и поведать об этом пикантном обстоятельстве заспанным шлюхам, едва продравшим глаза после весело проведенной ночи , и спешившим покинуть заведение, предварительно обогатив трактирщика несколькими серебряными монетами, как дверь в «Последний приют» распахнулась и в него ввалилась толпа вооруженных людей.
Шлюх и прочий люд, с утра толпившихся в трактире, в надежде вновь увидеть здоровяка-варвара, уложившего темнокожего охранника вендийца (хотя на самом деле это сделал, переодетый девушкой Рахмат при помощи тяжелого кувшина с вином) и послушать последние сплетни о случившихся в преступном крайке ночных происшествиях, как ветром сдуло,едва лишь они завидели высокий белый султан страусиных перьев на блестящем шлеме высокой чернокожей девушки.
Воительница,уверенно и властно распахнувшая двери в этот оплот преступности и рассадник похоти выглядела необычайно для страны,где женщины нежны и покорны, томны и искусны в любви, стараясь во всем угодить своему повелителю и господину-мужчине.
Традиционное одеяние вейнджанских дам - сари из полупрозрачного шелка, никогда не касалось широких плеч этой величественной темнокожей девушки, не ласкало нежный атлас ее кожи.