- Подавишься, нечисть - киммериец поудобней ухватил шершавую рукоять меча и перестал думать о чем-либо кроме отвратной, зубастой пасти подземного ужаса – Это, тебе не беспомощными «червями» закусывать - рычал Конан, остригая очередное щупальце - В преисподней нажрешься, тварь!
Меч северянина, честная сталь которого не боялась никакой нечисти, разила наповал.В багровых глязах зуборотого мелькнул страх, но монстр продолжал нападать на противника, скользкий язык метался между зубами, а большое брюхо плюхалось громкими шлепками,стремясь придавить и обездвижить врага.
Конану уже надоело отсекать безобразные отростки и он вспомнив о том, что монстр страшно визжал при виде огня, выхватил факел из стены и ткнул им прямо в слюнявую пасть.
Один глаз безобразного существа не выдержав жара громко хлюпнув лопнул, тварь отчаянно заверещала, превращаясь из охотника в дичь, щелкнула зубами и завертелась на одном месте, круша каменную кладку раздувшимся брюхом, а большой меч варвара в это краткое мгновение вспорол мягкий живот чудовища и выпустил кишки.
Монстр все еще шевелился и издавал низкие утробные звуки, а киммериец, не в силах перенести ужасающее зловоние из распоротого брюха твари, зажав нос, отступил назад и утерев рукавом мокрое лицо, уселся прямо на пл.
Белесая жидкость,дурно пахнущая и вязкая, расползалась по плитам и северянин опасливо отдернул ноги, не желая вляпываться в это дерьмо.
- Пойди и разберись – отдышавшись, пробормотал варвар - Делов-то на один глоток вина…
Поднявшись, киммериец воткнул в найденную в каменной кладке щель, дымящийся факел, и согнувшись, сосредоточенно тыкал мечом в нечно темное, растекающееся под ногами грязным пятном.
- Всего-то делов! - весело глядя в перекошенное лицо подбежавшего туранца,заявил он -Пришиб я местное страшилище, теперь можно шляться здесь в полной безопасности, хоть девок води.
Рахмат уставился на отвратительное месиво из пупырчатой кожи, вывороченных кишок
острых точно иглы, зубов и переплетенных щупальцев, сделав вывод о том, что монстр, убитый северянином был на редкость уродлив,прожорлив и опасен.
Живот туранца скрутило и он, согнувшись,сблевал прямо на останки чудовища.,извергая из себя давнишний завтрак и потоки дешевого вина, принесенного сердобольным Важей. - Всю добычу изгадил,поганец! - разозлился киммериец - я хотел чучелко из этой твари состряпать. На память об Вейнджане…
Подумав о том,что икота будет преследовать всякого, увидевшего подобную красу до скончания века, туранец возрадовался слабости своего желудка, но заметив, что северянин нагло скалит зубы, почуствовал, что кулаки у него зачесались.То же мне,нашел время для шуточек!
- Чего возился так долго? – недовольно поинтересовался Рахмат – Стареешь, Конан, скоро тебя любой козул заботать сумеет..
Киммериец едва не задохнулся от негодования – послал же Нергал напарничка! Язык ему, поганцу, вырвать, что б, не мел, что не попадя?
- Пошли что ли?-старик решительно протиснулся мимо Рахмата, вытиравшего губы рукавом некогда чистой рубахи.Палка старика безошибочно отыскала труп монстра и тыкнула прямо в еще теплые внутренности - Издох,гнида.Хвала Асуре! Пятерых наших зажрал,утроба ненасытная!
- Вот так дедочек!-не удержал восхищенного возгласа киммериец - Припахал, как последнего дурня, а я и купился. И верь после этого в людскую благодарность! - он обернулся и назидательно проговорил, обращаясь к Рахмату - Бескорыстия не бывает..
Туранец хотел было напомнить киммерийцу о том, что он с самого начала не доверял согнутому старикашке и не рвался ползать по гнусным тоннелям, но, Конан уже убежал далеко вперед и Рахмат, огибая кучу дерьма, блевотины и неаппетитного месива, в которое превратился грозный монстр, поспешил его догнать, опасаясь, что собратья мерзкой твари оплетут его тело длинными щупальцами и оторвут голову
-Ты в сторону не зыркай! - старец,словно ответил на невысказанный вопрос Рахмата - В одиночку эта тварь промышляла - Всегда здесь чисто было, а, с месяц назад монстр и объявился…У нас силенок с ней справиться не доставало.В «черви» молодежь идет неохотно.Все больше старики, такие, как я, бездомные. Горемыки. Мы не бойцы, сам видишь..
- Вижу, вижу..- согласился Конан, недоверчиво посматривая на старика, оказавшегося куда хитрее, чем он предполагал.