- Дарфарец! - выплюнул, точно ругательство,произнес киммериец - Так вот оно что!Мало я вас давил, как клопов!
Темнокожий верзила, оказавшийся вовсе не зембабвийцем, а уроженцем зловещего Дарфара, жестоким каннибалом и убийцей, довольно ухнул. Немало людей, пропадавших в бандитском городке нашли упокоение в его желудке.Никто, даже хозяин -вендиец, не знал об его истинной природе,считая Нгото лишь хорошим телохранителем, опасным и жестоким бойцом.
Конан,встречавшийся с этими отродьями Сэта,поклоняющимися Дамбаллаху -кровавому божеству, жрущему человечину, знал, как могут быть опасны эти монстры, для которых всякий слабый законная добыча и еда. Знал и ненавидел,как мог.В Черных королевствах целые деревни и народы изчезали в закопченных котлах каннибалов, рекою лилась кровь жертв на алтарях жестокого бога.
- Сдохни, скотина! - рыкнул киммериец и ринулся в бой.
В воздухе взвилась тяжелая цепь, метнувшись навстречу северянину. Без малейшего усилия чернокожий вращал ею над своей лысой головой,удерживая противника на расстоянии.Точно острый клык мерцал в темноте длинный клинок кинжала.
Кружась словно в безумном танце, изрыгая страшные проклятия,противники передвигались по узкому коридору,отдаляясь от Рахмата,застывшего,точно кролик перед пастью питона
Два бойца то сближались, то расходились, не решаясь сцепиться,ибо оба были слишком опытными поединщиками для безрассудных атак.
Взвизгнув, очнувшийся Рахмат предупредил киммерийца об опасности, но тот уже и сам увидел,как рука плосконосого метнула что-то в воздух, на мгновение роняя кинжал и сам дарфарец, точно ужаленный метнулся в сторону.
Конан,ожидавший подлости от противника, сделал вид,что попался на коварную уловку.Задержав дыхание, выронив из рук тяжелый меч, он схватился руками за грудь и начал кашлять, хватая распахнутым ртом воздух. Глаза северянин прикрыл, но сквозь ресницы продолжал следить за врагом.
Рахмат закричал,протяжно и отчаянно, понимая, что сейчас это чудовище пустит в ход длинный кинжал и снесет киммерийцу голову.В слепом отчаянье, стремясь спасти жизнь северянина или хотя бы отсрочить его гибель, туранец бросился вперед, прямо на сверкающее жало клинка, не устрашась даже острых зубов каннибала.Почти не смотря на юношу и не считая его достойным противником, дарфарец рванул цепь и ее тяжелый конец ударил Рахмата прямо в висок.
Туранец рухнул как подкошенный, а, Нгото,подтянув к себе свое страшное оружие, приблизился к Конану. Тот, родолжая кашлять и задыхаться, тер глаза,словно слепой тычась в разные стороны и тяжело дыша.
- Что,варвар, худо тебе? - зло скалился каннибал и его акульи зубы зловеще клацнули - Пыльца черного лотоса для непривычного к нему, точно яд гремучей змеи.Ты беспомощен, как ребенок.. Я убью тебя, северянин, сожру твою плоть, а из зубов сделаю ожерелье..Я заставлю твоего приятеля, этого трусливого недоноска, пить твою кровь и жрать твою печень, а, затем убью его, вырежу на коже свое имя и повешу ее у себя в комнате…
Глаза дарфарца заполнило безумие, с губ сорвалась тяжелая, тягучая нить слюны,он совсем ничего не соображал от захлестнувшей его волны ненависти.
Киммериец,удачно притворившийся беспомощным, все же сильно пострадал от зловещего порошка. Пыльца черного лотоса, произрастающего на болотах Вендии, смертельный яд. В этом Нгото,ужасный в своей черной злобе, оказался прав. Но, влажный воздух подземелья, смягчил действие отравы.Частицы порошка, напитавшись влагой, осели на каменные плиты, а со жгучей болью в глазах и першением в горле, северянин сумел справиться.
Потерявший всякий страх Нгото, приблизился к кашляющему, полуослепшему Конану и взмахнул кинжалом, намереваясь поразить противника прямо в сердце, но киммериец, внезапно прозрев и позабыв о боли, раздирающей горло и легкие, в огромном прыжке дотянулся до своего тяжелого меча.Острая сталь честного, чуждого коварства оружия, взметнулась в полумраке и вонзилась в темную плоть.Нгото замер, точно наткнувшись на непреодолимое препятствие, удивленно таращась на собственный живот, из которого медленно вываливались сизые, дымящиеся внутренности.
-Ты…- страшно закричал дарфарец и сделал шаг вперед,разбрызгивая кровь и тяня к Конану огромные руки - Ты…
- Печень, говоришь, жрать буду? - злоба душила северянина, и он был страшен в этот момент – Так, получи же! Одним движением, киммериец подхватил скользкие кишки и, рванув их, с усилием вопхнул в распахнутый рот каннибала - Подавись, собака…