Черноокая вендийка, откровенно восхищаясь, рассматривала мускулистое тело северянина. Тонкими пальчиками девушка ласково поглаживала смуглую кожу, трогая обветренное и покрытое шрамами лицо, мешая киммерийцу утолять голод.
Тело варвара напряглось, наливаясь желанием, но вендийка уже отошла от него.
Она хлопнула в маленькие ладошки и в комнату скользнули еще четыре девушки. Они держали в руках различные музыкальные инструменты.
Рахмат, уставившись блестящими глазами на пышные формы одной из вендиек, запихивал в рот, все, что попадало под руку и глотал пищу почти не жуя.
Конан поступал точно так же. Ублажив свои желудки, приятели потихоньку потяивали красное терпкое винцо из больших круглых чаш, наслаждаясь мелодичными звуками протяжной песни
Полногрудая вендийка заметив, что ее гости насытились, еще раз хлопнула в ладоши и расторопные рабыни, убрав со стола остатки пиршества, внесли в покой палочки
благовоний.
Ароматный дымок сизым облачком поплыл под потолком, музыка зазвучала быстрее, а вендийка поклонившись , попрощалась с гостями.
- Как-воскликнул огорченный Рахмат, пожирая глазами ее зовущее тело - Разве ты нас уже покидаешь, красавица?
-Увы, господин- с сожалением вздохнула девушка- Я всего лишь младшая распорядительница в пардхане. Развлекать вас будут бывшие наложницы магараджи, специально обученные танцам, пению и владеющие искусством ублажить мужчину. Мне же - девица томно вздохнула и украдкой покосилась на Конана- приказано лишь заняться устройством ваших развлечений.
И, она, зардевшись, ускользнула, оставив после себя лишь аромат курительных палочек.
Музыка зазвучала громче и быстрее и перед глазами друзей, точно соткавшись из ароматного дыма, возникла девушка-танцовщица.
- Шемитка - безошибочно определил Конан, чуствуя как огненные потоки заструились по венам - О боги!
Словно гибкая лоза, девушка вначале медленно, а затем все быстрее и быстрее начала извиваться од чарующие звуки протяжной мелодии. Она кружилась в диком танце, бешенно вращая крутыми бедрами и сверкая бездонными черным глазами, умело подведенными синей краской. Тело танцовщицы цвета слоновой кости, гладкое и цветущее, покрылось влагой. Капли пота выступили на лбу, однако ее движения не стали медленней. Обойдя кругом своих гостей, девушка остановилась напротив киммерийца и начала медленно раздеваться. Вначале она сняла свою красную налобную повязку, расшитую мелким речным жемчугом и бросила ее к ногам Рахмата. Туранец подхватил ее и поднес к губам, ни на мгновение не отрывая глаз от соблазнительных женских форм. Танцовщица же, плавным движением освободила грудь от стесняющей ее узкой кофточки,тонкой и серебристой, выпустив из плена две пышные округлости,соски которых скрывались под золотистыми звездами.
Варвар внезапно почуствовал, как у него перехватило дыхание - слишком давно у него не было женщины,настоящей женщины,огненной и пьянящей.
Вендийские красотки, особенно здесь, на самом побережье, по его мнению обладали слишком массивными бедрами и толстыми задами, хотя младшая распорядительница пардханы могла с этим и поспорить…
Туранец,который,как и большинство мужчин его страны, наоборот,любил покоиться на мягких округлостях и ощущать в руках мясистую плоть, а не костлявое тело, был доволен. Ему-то вендийские красотки пришлись по нраву и, завороженный танцем шемитки, он аж облизывался, взирая на ее роскошные формы.
- Это Барсина - подливая вина в чашу северянина,прошептала давешняя вендийка -Любимая танцовщица магараджи Джафай-ирра.Наша милостливая госпожа Марджена разрешила желающим развлечь вас..
Девушка закружилась еще быстрее, хотя это и казалось невозможным. Ее густые волосы взвились в воздух, овеяв маленькую головку темным, шелковистым облаком.Красный чуственный рот обещал море ласки и наслаждения.Она поглаживала руками бедра и в экстазе прикрыла глаза.Шелковая юбка, состоящая из двух узких полотнищ разного цвета, с высокими разрезами по бокам, открывала ее бедра почти полностью, но она одним махом сбросила ее на пол, оставшись полностью обнаженной, такой же,как и двое мужчин, отчаянно возжелавших ее. Плыл ароматный дымок, от выпитого вина,в которое явно было подмешано что-то возбуждающее, слегка шумело в голове. Конан почуствовал, как похоть охватывает все его тело.Как сквозь сон он видел, как смуглые руки туранца обхватили упругие груди танцовщицы, как музыкантши продолжали бить и дудеть в свои инструменты и как в комнату тенями скользнули еще четыре красавицы, ничуть не хуже танцовщицы-шемитки.