«Марат, пожалуйста, будь на стреме», — мысленно умоляю друга. Но у Марата первый день отпуска! Он же шашлык и коньяк привез. Уверен, они с Лизой уже успели выпить за его отпуск.
Я дрожащими пальцами жму на кнопки, и дверь подъезда открывается.
— Всем лечь на пол! Руки за голову! — громкий крик оглушает. Слышатся выстрелы. Тагир грузно падает на пол, и я вижу вооруженных оперативников из отдела Румянцева.
— Лежать, урод, мордой в пол, и чтоб не рыпался мне! — грозно рычит Румянцев. Усаживается сверху на распластавшегося на полу преступника и ловко надевает на него наручники.
Грохот, шум. Парни выводят Тагира на улицу.
Я прислоняюсь спиной к прохладной стене и закрываю глаза. Все плывет.
— Игорь, ты как? — бас Румянцева я слышу, будто сквозь вату.
— Да нормально я! — отмахиваюсь от его сердобольных похлопываний по плечу. — Как вы здесь… как вообще догадались засаду устроить?
Румянцев криво ухмыляется. Разводит огромными ручищами.
— Так ты ж уезжать отказался! Вот мы с Маратом и сговорились, что установим слежку на живца, так сказать. Марата для подстраховки к тебе домой отправили отпуск отмечать. Кто ж знал, что ты сорвешься к отцу посреди вечера?
— Так вы за мной следили?
— Еще как следили. А судья Янова в отставку еще вчера подала, сразу после того, как произошла ошибка с Тагиром. Но это ее вряд ли спасет от ареста. Так что отпуск по системе «все включено» ее ждет только у нас в КПЗ.
— Спасибо тебе, Глеб, — я пожимаю другу руку.
— Не за что. Идем скорее наверх, я жрать хочу, не могу. Отметим отпуск Марата теплой дружной компанией, — подталкивает меня к лифту Румянцев.
А я хочу только одного – поскорее прижать к себе Лизу.
Вот и моя квартира.
Лиза открывает дверь.
— Игорь!.. — она всхлипывает, виснет у меня на шее. Морщусь – больно, черт…
— Т-с-с, все хорошо, — приговариваю, осторожно отстраняясь.
— Марат, когда мне сказал, что они с Глебом решили засаду устроить, я чуть с ума не сошла…
Я не отвечаю. Просто снова притягиваю ее к себе, теперь уже с осторожностью, и усыпаю поцелуями ее лицо.
— Все закончилось, да? Все хорошо? — заглядывает она мне в глаза.
— У нас с тобой – да, — шепчу ей в губы.
— Эй, народ, кому коньяк? — слышится бас Глеба из кухни-столовой. — Прокурор сегодня угощает!
— Еще как угощаю! — подтверждает Марат.
Мы улыбаемся, переглядываемся.
— Люблю тебя, — шепчу тихонько признание.
Лиза на миг касается пальцами моей щетины.
— И я тебя, Игорек.
— Я сейчас обижусь, Свиридов! Честное слово, — негодует Румянцев.
Я усмехаюсь. Беру Лизу за руку и веду ее за собой в столовую.
«Мы вывезли!» — ликую мысленно. Мы втроем – я, Глеб и Марат – в очередной раз справились. Это стоит отметить.
Глава 23. Игорь
Время летит незаметно. В нашу жизнь прокрадывается осень. Мы отзываем заявление из Загса, потому что маме не становится лучше. Мы оба приходим к этому решению, потому что невозможно чувствовать себя полноценно счастливыми в день бракосочетания, если с близким человеком произошло несчастье. Но с началом октября что-то неуловимо меняется. Лиза отчего-то напряжена. Смотрит на меня то ли с упреком, то ли с надеждой… А потом уходит в другую комнату.
По утрам она теперь встает вместе со мной. К тому времени, как я появляюсь в столовой, она успевает дожарить яичницу с помидорами. А еще, мне кажется, она немного округлилась.
— Лиз, у тебя все хорошо? — наконец решаюсь поинтересоваться.
Моя любимая женщина удивленно вскидывает брови.
— А что?
— Ты никогда раньше не вставала рано, а теперь завтраки готовишь.
Она грустнеет.
— Понимаешь, в тот день, когда мы попали в аварию, твоя мама сказала, что голодный муж – чужой муж. И я решила, что она права. Да и не спится мне почему-то по утрам, как раньше. Шесть часов – и я глаза открываю без всяких будильников. Не понимаю, что со мной не так? Наверное, стресс так повлиял на организм.
Я подавляю вздох. Мама до сих пор не пришла в сознание. А с отцом я общаться больше не хочу. Не могу простить не измену, нет. Я не могу простить ему то, что он десять лет назад утопил мать, называя это помощью. Ведь мама не была виновата в том, что допустила ее секретарь Янова!
А папа… он все решил по-своему. С выгодой для себя.
Как ни крути, а нам придется разъехаться. Мой помощник уже ищет другой офис.
Мамин мобильник успели расшифровать. Она наняла частного детектива, чтобы следить за Яновой. Хотела, чтобы тот доложил ей, если меня соблазнят.