– Можешь считать, что мне просто некуда пойти, – Нарг медленно сел на диван и устало потер лицо. Подняв на мать взгляд, не скрывая муки, добавил: – А может быть, мне надо выговориться. И я понял, что есть вещи в моей жизни, которыми я могу поделиться только с тобой.
Напряженно сглотнув, неизменно переживая за сына, величественная Леара откинула гриву распущенных темных волос на спину и присела в кресло напротив.
– А мне кажется, тебе именно сейчас лучше поговорить с отцом.
– С отцом? – Архимаг пренебрежительно передернул плечами. – Признаться, я всегда считал, что ты и понятия не имеешь, кто мой отец.
Хлоп! Немедленно звонкая пощечина окрасила щеку мага в алый цвет.
– Что ты позволяешь себе в разговоре с матерью! – Прежде чем Леара успела упрекнуть сына, в комнату шагнул высокий широкоплечий мужчина в халате, накинутом поверх пижамы.
Стремительно преодолев отделявшее его от кресла мага расстояние, он схватил Нарга за плечо и основательно встряхнул. Архимаг и не подумал отстраниться или ударить в ответ магией – так он был потрясен представшей перед ним картиной. И совсем не потому, что считал такие оплеухи от родительницы допустимыми. На какие-то мгновения Нарг опешил, ведь над ним, загородив спиной его мать, возвышался невероятно похожий на него мужчина. Только в годах. И не демон…
– Домовой?! – шокированно выдохнул архимаг. – Он мой отец?!
Нарг стремительно вскочил на ноги, испытывая и ярость, и растерянность одновременно. Еще миг назад ему казалось: все худшее уже случилось. Но вот очередной жизненный поворот – и новая шокирующая данность. Архимаг Нарг Дорман, сильнейший маг королевства, в прошлом непримиримый поборник интересов сильных магических каст, – сам наполовину домовой. Пусть огненная демоническая кровь до поры до времени заглушила более слабую хозяйственную магию, но… Но пришел момент, когда архимагу придется осознать свою… неполноценность. Для других сильнейших он отныне, узнай они правду, станет достойным только презрения?..
– Нарг, постой, – тут же взволнованно вскрикнула Леара, в умоляющем жесте протягивая к нему руки. – Не уходи.
Новость совершенно подкосила силы мужчины – он тяжело осел назад, едва не рухнув в кресло. В один момент все прежние жизненные ориентиры и представления о правильности разрушились. Нарг Дорман ощущал небывалую растерянность, едва ли понимая, как теперь жить дальше. Сколько порицания и презрения к слабейшим магическим кастам продемонстрировал он за свою жизнь? Сколько бесчестных обвинений в их адрес поддержал? Что там, он самолично был неизменным гарантом попрания всех их прав. Эльфы, домовые, дриады – он ни во что их не ставил! Да, любовь к Флориан заставила его меняться. Осознав свои чувства, маг был готов на все ради любимой женщины. Но при этом он полагал себя неизменно чистокровным сильнейшим, совершающим истинно мужественный поступок, снисходя до уровня своей избранницы… Как оказалось, он сам ничем не лучше тех, над кем намеренно глумился!
Вот в чем высшая справедливость… Нарг Дорман затряс головой, отказываясь верить словам матери.
– Как? Скажи мне, как моим отцом может быть домовой? – Качая головой, архимаг снова вскочил на ноги и отступил назад, словно желал отделить себя от этой пары хотя бы несколькими символическими метрами. – Я всегда полагал, что унаследовал от отца силу. От одного из демонов-магов, с которым у тебя наверняка была связь.
– Нарг, если ты не перестанешь в таком тоне рассуждать о своей матери, я тебе сейчас задам, – совершенно спокойно заверил его возмутитель спокойствия. – И не посмотрю на твой статус и выпестованное самомнение.
Глаза его сына, обращенные к собеседнику, сверкнули неподдельным гневом.
– Прекратите! – на удивление мягко попросила Леара, тоже поднявшись с кресла и встав рядом с возлюбленным. – Не стоит ссориться сейчас, лучше позже спокойно все обсудить. Сейчас важнее помочь Наргу. – Шагнув к сыну, со значением произнесла: – У меня не было никаких связей с момента, как я встретила Шарлза. Знаешь почему? Просто без этого он никогда бы не женился на мне и не признался в своей любви. А я? Я, не раздумывая, согласилась на все условия «рецепта» семейного счастья домовых. И ни разу за всю жизнь не пожалела об этом.
Вот оно! Снова Нарг услышал о том, о чем твердил и оборотень Корл. На миг прикрыв глаза, усмиряя ярость, архимаг собрался: как бы ни обстояли дела с его рождением, сейчас это дело прошлое. А Флориан – это настоящее, и маг мечтал о том, что с этой магиней будет связано и его будущее.