- Пойдем... – со вздохом сказал мужчина, осторожно обнимая меня за талию.
Я хотела было отстраниться, но отчего-то не стала этого делать. Сказывался, наверно, пережитый стресс. Я ведь, даже повидавшая многое, действительно испугалась.
- Кто они были? – спросила я, пока мы шли неспешно вперед по подземелью. – Эта нежить?
Нешвилл чуть кашлянул.
- На самом деле, в этих местах их не должно было быть. Везде мои владения находятся под защитой. Я – Альфа и князь. Низшие темные существа понимают и признают мою власть, а потому стараются не соваться на земли, находящиеся под моим покровительством.
Хмыкнула.
- А оркодведь Вася тоже признает тебя? Кажется, он ясно дал понять, что в нем нет ни стыда, ни совести, ни уважения ко всяким там князям. Вот и нежить так же себя повела.
- Оркодведи – не нежить,- сказал Нешвилл. – Это некая смесь. Существует легенда, что подобных существ создал бог Орков, великий Бару. Выглядят они впечатляюще: огромного роста, покрыты шерстью, с головой медведя, но ходят на двух человеческих ногах. К тому же, они весьма разумны.
- Ужас какой... – сказала я.
Кстати, мы уже подошли к выходу. И это была не та дыра, через которую я попала в Подвалы. Это была вполне себе человеческая дверь. Старая, дубовая, перетянутая широкими железными полосами.
Нешвилл шепнул какое-то заклинание, и она со скрипом открылась. В глаза сразу же ударил яркий уличный свет, и я на мгновение зажмурилась.
Оказалось, что выход вел на другую сторону замка и был скрыт за лианами плюща, который затянул замковую стену и дверь в подвалы скрылась за ним. Мы вышли к колодцу, и я тут же кинулась к нему. От пережитого волнения очень хотелось пить.
Набрала в ладони свежей воды и с наслаждением отхлебнула. Прохладная, сладкая...
- С обозом прибыло все необходимое... – чуть кашлянул Нешвилл, подойдя ко мне. – Одежда, провиант, амулеты, которые защитят замок от нападения и подадут в случае чего мне сразу сигнал.
- Уезжаешь? – как можно равнодушнее спросила я.
Мужчина кивнул.
- Да. Дела ждут. Но я вернусь через пару недель и... Надеюсь, что ты больше не будешь попадать в неприятности.
Вот уж мечтаю!
- Забери с собой Гориллу и Тощего.
- Кого?! – выдохнул в ужасе Нешвилл, а я вздохнула и возвела глаза к небу.
- Сам знаешь кого. Прислугу свою.
Но мужчина наотрез отказался. Мотивировал тем, что мне будет помощь, а так же пригляд... И не так одиноко. Да лучше уж с оркодведем Васей время проводить, чем с подобной навязываемой компанией!
Но мои доводы оказались бесполезными. Мы спорили долго, но ни к чему не пришли. Вернее, пришли к моей комнате. А вот к согласию – нет.
- И когда отчаливаешь? – поинтересовалась я, не спеша уходить.
- Сегодня. Через час.
Кивнула.
- Скатертью дорожка.
Мой ответ оборотню не понравился. Совсем. Он шагнул ближе, прижимая меня лопатками к двери и, чуть наклонив голову, заглядывая в глаза.
- Ты всегда такая грубая? – спросил он чуть хриплым голосом.
Заметила, как взгляд его, пронзительно синий, чуть засветился, словно покрывшись искорками инея.
- Так отпусти меня. Тогда не будешь слышать грубости.
Искривила рот в усмешке.
Нешвилл покачал головой.
- Ни за что. И ты знаешь это. Что же до того, что мне не нравятся твои манеры – я попрошу Кривеллу заниматься с тобой этикетом. Пару раз в сутки.
- Думаешь, я буду ходить на эти дурацкие занятия? – приподняла я бровь.
Честное слово, прямо смешно даже.
- Будешь! – пообещал мужчина. – Шайратэ эс!
- Шайра... – попыталась повторить я, но тут заметила, что на моем запястье на левой руке проступили какие-то символы, похожие на затейливые вензеля.
Что это еще за фигня? Он мне клеймо что ли поставил?
Нешвилл, видя мое замешательство, усмехнулся.
- Это “Печать нерадивого ученика”. Так ее называют в простонародье. Она начнет жечь, если не придешь в указанное время на урок. Я предупрежу об этом Кривеллу.
Скрипнула зубам.
- Думаешь, это честно?!
- Думаю, что это тебе необходимо, дорогая.
Прежде, чем я успела что-либо ответить, Нешвилл резко отстранился.
- До скорой встречи, моя жена, Мартегирина! – сказал он. – Я вернусь через пару недель.
- Сам жуй свой маргарин! – крикнула я ему в ответ и, резко раскрыв дверь, скрылась в своей комнате, в надежде, что смогу, наконец, остаться одна, но увы!
Горилла и Тощий сидели на моей кровати и взирали на меня двумя парами глаз оскорбленной совести.