Свальд едва заметно нахмурился. Если швед догонит Харальда, а тот после этого не вернется, то Йорингард достанется ему. Родич еще тогда, в сарае, при всех объявил, кому достанется его крепость в случае чего.
И люди начнут говорить, что ярл Огерсон и пальцем не пошевелил, когда воин из его прежнего хирда вдруг отправился убивать брата. А может, сам его и послал.
Тогда ему припомнят и то, как перед этим он гонялся по крепости за женой брата. Мелочи и подробности при пересказе наверняка переврут. Через некоторое время колдуном, наславшим чары, назовут его самого.
Но главное не это. В Хель всех болтунов, а их языки Ермунгарду в задницу…
Без Харальда будет скучно, подумал Свальд.
Долгие годы брат оставался для него скорее воспоминанием из детства — родичем, который в четырнадцать лет исчез из Сивербе. Ему самому тогда было девять — и с тех пор утекло немало воды. Несколько раз они с братом встречались на разных торжищах, пару раз он гостил у него в Хааленсваге. И все.
Но теперь все было по-другому. Вместе с Харальдом они взяли Веллинхел, с ним на пару должны были драться весной — не за добычу, но против тех, кто сам придет за добычей.
Вот только без брата это будет не та драка.
— Если Эрев тоже владеет колдовством и пошел вслед за конунгом, — громко объявил Свальд, — то Харальду нужно сообщить об этом.
— Конунг приказал, чтобы после темноты все сидели под крышами, — возразил ему Свейн. — И он ушел еще утром. Сейчас конунг уже далеко. Эрев в любом случае догонит его раньше тех людей, кого мы пошлем. Возможно, он уже его догнал.
Свальд скривился, глянул на Свейна неласково. Но ответил сдержано:
— Мой родич наверняка заночует в каком-нибудь поселении. Ночи теперь длинные, дни короткие… и те, кто ушел с Харальдом, накатали лыжню до блеска. По их следу можно пройтись как по дороге — даже в темноте. Если те, кого мы пошлем, не будут останавливаться, то они догонят Харальда еще до рассвета.
— Если только сами не погибнут, — нехотя уронил кто-то. — Ночью, в лесу…
— Я могу пойти, — упрямо бросил Свальд.
Кейлев нахмурился, сказал громко:
— Это неразумно. После стольких смертей бегать ночью по лесу? Конунг приказал тебе смотреть за крепостью, ярл Свальд. Кроме того…
Он смолк на мгновенье, затем твердо добавил:
— Кроме того, ты сам недавно побывал под чарами. Может, Эрев ушел из крепости по твоему приказу? Прежде он был воином твоего хирда, ярл Свальд. А теперь ты хочешь отправиться вслед за ним. И не днем, а ночью — когда люди, оказавшиеся не под крышей, погибают. Зачем? Может, ты решил погубить конунга, чтобы унаследовать Йорингард? И Эрева отправил за стены лишь для того, чтобы у тебя был предлог отправиться вслед за конунгом?
Кейлев снова сделал паузу, обвел взглядом остальных хирдманов.
— Вспомните, что воин, заметивший исчезновение Эрева, первым делом сообщил об этом ярлу Свальду — а не Бъерну, своему хирдману. Не подстроено ли все это? Я не вижу, чтобы ярл Свальд опасался умереть так, как умер Хольгрен — когда темнота и чужое колдовство застанут его в лесу. Почему? Может, потому, что он сам в этом замешан? А теперь хочу напомнить вам приказ конунга Харальда. Если ярл Свальд поведет себя не так, как должно — вся власть здесь переходит ко мне.
Значит, так, подумал Свальд.
И против воли ухмыльнулся. Кейлев чем-то напомнил ему деда — такой же старый пень, упрямый и прямой, как его меч.
Но ему не раз приходилось наблюдать, как отец хитрыми речами вынуждает старого ярла Турле идти на попятную…
— Я отвечу тебе, Кейлев, — вкрадчиво сказал Свальд. — Ты обвиняешь меня в том, что я в этом замешан. Но я, по крайней мере, хочу что-то сделать. А ты хочешь просто сидеть тут, в безопасности, и ждать. Но все знают, что если Харальд и его жена не вернутся, то ты, как отец Сванхильд, унаследуешь после нее Хааленсваге. Большое, хорошее поместье. Рядом на берегу стоит недостроенный драккар, который мастер Йорге заложил для Харальда. Он тоже отойдет тебе. Да, тебе незачем пытаться спасти своего конунга. Лучше просто подождать…
— Это ложь, — рявкнул Болли, стоявший за спиной отца.
— Докажи, — тут же потребовал Свальд. — Отправься вместе со мной, чтобы предупредить Харальда. И я поверю, что вы не желаете смерти ни своему конунгу, ни его жене.
— Это неразумно, — крикнул Кейлев.
Тут Свальду даже не пришлось ничего говорить, потому что в ответ на возглас отца Болли укоризненно прогудел:
— Он прав. Мне, конечно, не хотелось бы умереть так, чтобы меня развернули от ворот Вальгаллы… но мы должны предупредить конунга. Будь там хоть трижды колдовство.