Где-то хрустнула ветка, испуганно вскрикнула и шумно захлопала крыльями птица. Меж деревьями пронесся и быстро стих какой-то тревожный ропот.
Яромира жестом остановила девочку, приложила палец к губам и, схватив Млавку в охапку, метнулась за ствол огромного дуба. Беглянки затаились, боясь вздохнуть. Стояли, крепко прижавшись друг к другу, и Яра вот только поняла, что теперь отвечает за дочку Дарины. Беречь ее будет как родную сестренку, которой у нее никогда не было.
Млава округлившимися глазами посмотрела на Яру, та ответила быстрым взглядом, безмолвно велев помалкивать и не двигаться.
Неподалеку кто-то прятался, словно тоже заметив или услышав беглянок.
- Мамка там… - с плещущейся в глазах горячей детской надеждой, одними губами проговорила мелкая. Яромира в ответ снова строго зыркнула на нее и нахмурилась.
На погоню не похоже, разбойники не таились, налетали сразу. Зверь какой-то добычу выслеживал? Яромира потянулась к висящему на поясе охотничьему ножу. Млавка в ужасе зажала рот ладошкой.
- Стой тут. Не вздумай носа показать, пока знак не подам, - зашептала Яра в девчачье ухо. – На-ка, вот, возьми, - он сняла с плеча и отдала Млавке котомку. - Если вдруг что, беги со всей мочи к Волчьему оврагу и прячься там. Поняла? – она слегка встряхнула девочку за плечи.
Та мелко покивала, испуганно сопя.
Меж стволов и ветвей послышался всхлип, следом шорох и тихие голоса. Не звери это, люди. И хоть старались они вести себя тихо, но возня, прерывистое дыхание и шепотки четче слышались в тяжелом от влаги воздухе.
Яра чуть выглянула из-за неохватного дуба: между разросшимися кустами орешника залегли плотные тени, а те, кто прятался в них - затаились. Вдова притиснула девчонку к стволу, жестом и строгим взглядом напоминая свой наказ, и вышла из укрытия.
- Кто там? Покажись!
- Ярка? Ты?
Она вздрогнула, услышав знакомый сипловатый голос деверя, и сам Веденей показался из зарослей. В исподних штанах, рубахе навыпуск и сапогах, всклокоченные волосы в саже, а на пропаханный бороздами глубоких морщин лоб стекала тонкая струйка крови. Видно, как и они с Млавкой, бежал с хутора впопыхах, едва успев обуться. В крепкой руке Веденей сжимал толстый сук и не опустил его, увидев вдовицу.
- Везучая ты, невестушка, унесла ноги, - проговорил так, словно надеялся на другое и был немало удивлен спасению бывшей родственницы. – Кто там с тобой? – спросил, с настороженным прищуром заглядывая ей за спину.
- А с тобой? – Должна была бы успокоиться, увидев односельчанина, а не врага, но сердце заколотилось в груди быстрее прежнего. Яра крепче сжала в руке нож.
- Ишь ты, - хмыкнул деверь, - на медведя собралась?
- На кого придется. Ты один? - повторила вопрос.
- Нет. Слава Богам. Все мои со мной, - желчь в голосе Веденея испарилась.
Яромира вернула нож в потертые ножны.
Из зарослей выбралась жена старосты – Божена, за ней, вздрагивая от беззвучных рыданий, плелась их старшая дочь Оляна, к ней жался и хмуро зыркал исподлобья ее тринадцатилетний брат Станил. На плечи детей был накинут отцовский кожух, а супружница Веденея, одетая в одну рубаху, обхватила себя руками и вперилась недобрым взглядом в Яромиру. На расстоянии было слышно, как стучали зубы свояченицы. И от чего сильнее – от холода или от злости – не поймешь.
Яра окинула взглядом бывшую родню, приблизилась к ним и, стянув с головы платок, накинула его на плечи Божены. Та дернулась возмущенно, отступила на шаг, не желая принимать подачку, но, наткнувшись на взгляд мужа, сдалась. Пробормотала что-то сквозь зубы и плотнее закуталась в шаль.
Веденей мрачно и жадно уставился на непокрытую голову невестки. Две толстые косы цвета темного меда свободно раскинулись по плечам, и вдова быстро убрала их за ворот кожушка. Несколько круто вьющихся прядок выбились из кос и обрамляли разрумянившееся лицо. Вечно с этими кудрями морока, приходилось приглаживать их сахарной водой, чтобы не вызывали возмущение добропорядочных односельчан, считавших золотистые завитушки демонской блазнью.
- Млава, выходи, - позвала Яромира.
Девчонка выскочила из-за дерева, подбежала и прижалась к Яре, обхватив ее за талию. Яромира растерялась на мгновение и крепко обняла названную сестренку в ответ. Стало чуточку теплее, но на душе кружение ледяной поземки от мысли, что стало с матерью девочки, так и не унялось.