Уна откинулась на спинку стула и беззвучно засмеялась, прикрыв рот ладонью.
— Миледи?.. — мать Нилы встала, сверля герцогиню негодующим взглядом.
Нила — та без чувств сползла со стула и оказалась бы на полу, если бы ее не подхватила сидящая рядом дама. Тьяна от души понадеялась, что, если графиня и рассержена, то ее дочь, придя в себя, все же порадуется случившемуся.
Поднялся переполох, забегали слуги, графиня бросилась на колени рядом с лежащей без чувств дочерью. Ниле терли виски и брызгали в лицо водой.
— Эссина Рори, — кто-то крепко взял Тьяну за локоть и отвел от стола, — что ж, это все даже забавно, эссина.
Это был сам герцог.
— Мне передали сейчас записку от Валантена.
— Ах, ваша милость, ваши слуги, кажется, нерасторопны, — вырвалось у нее, — простите…
Потому что записку лорда Айда, вроде бы, должны были передать еще до их с тетей появления в столовой. Ведь у нее не так уж мало времени ушло на то, чтобы сменить платье и прическу!
— Да-да-да, — смеялся герцог, — значит, вы имеете твердое намерение выйти замуж за Валантена, и даже успели склонить его к этой идее? Просто удивительно.
— Я всего лишь согласилась на его предложение, ваша милость, — сдержанно пояснила Тьяна.
— Просто взяли и согласились?
— Конечно. Разве я не за этим приехала сюда?
— Ну-ну. Разумеется. Мы поговорим обо всем завтра, леди Фан, — сказал он подошедшей тете, — у вас, э… привлекательная племянница.
— Да, милорд. Мы с ней приносим извинения и просим разрешения удалиться… я немного плохо себя чувствую.
— Не возражаю. И бесконечно рад, уж простите, что это вы чувствуете себя плохо, а невеста ни на что не жалуется. Хоть одна здоровая и здравомыслящая невеста. Я, кажется, понимаю своего брата.
Та девушка, Уна, подошла к ним.
— Брат! Но что все это значит? Эта эссина… действительно?.. — она смотрела на Тьяну не смущаясь, и с любопытством.
То есть, она сестра герцога. И сестра лорда Айда, значит, тоже.
— Тише, все объявления будем делать завтра на балу, — погрозил ей пальцем его милость. — Леди, вы уже поняли, это моя сестра леди Уна Айд. А что происходит? Вот, — он с легкой усмешкой вынул из рукава и протянул Уне записку, — до свидания, леди. Надеюсь увидеть вас завтра здоровой, леди Фан.
Пока гостьи кланялись герцогу, Уна прочитала записку. А когда его милость удалился, она со смешком протянула ее Тьяне.
На кусочке бумаги четким и разборчивым, безо всяких завитушек почерком было написано:
«Кай, эссина Тьяна Рори — моя невеста. Даже не думай настаивать на ком-то еще. Позволишь ее обидеть — покусаю».
— И часто он… кусает герцога? — шутливо удивилась Тьяна, опять ощутив холодок на спине.
— Никогда еще он не кусал никого, насколько мне известно, — ответила Уна серьезно. — Но обещал неоднократно. А вы уже испугались, эссина?
— Нет еще, леди Уна. Доброго вечера вам, и ночи.
— Доброй ночи. Я буду рада познакомиться с вами ближе.
— И я тоже…
Записка осталась у Тьяны, она сжала ее в кулаке.
Может, герцог прав, и все это действительно забавно. Но ей теперь очень хотелось спрятаться от всех в своих комнатах. Надолго спрятаться…
К счастью, когда они вернулись к себе, тетя Элла не стала ни ахать, ни сокрушаться. Наоборот, сказала преувеличенно бодро:
— Ну, расскажи мне про своего жениха. Как он тебе показался? — не теряя времени, она ловко расстегнула на Тьяне платье, помогла снять, потом сама все развесила, — и где эта девчонка. Кора? Вот я ей задам, нашла время гулять. Помоги теперь ты мне. Тин, расстегни… Так как он?
— Как я уже сказала — чрезвычайно приятный собеседник. Это чистая правда, тетя, — Тьяна помогла той с платьем, потом надела халат и удобно устроилась в кресле.
Окно оставили распахнутым, из него тянуло влажной вечерней свежестью.
Все другое. Чужое, новое, непохожее на родной Рори. Тьяна только что ступила на дорогу, которая не позволит с нее свернуть. Только идти до конца — другого не остается.
— Как интересно, — леди Фан села напротив Тьяны. — Приятный собеседник, говоришь. А… в другом?