– Это о Романе, - поспешно проговорил Мариус.
– О Романе? - удивился Анатоль. Он несколько успокоился. - Что о нем говорить? Я и сам могу сказать, что ты увидел, заглянув в его сердце. Мою голову, насажанную на кол.
Мариус покачал головой:
– Ах, если б его мысли были столь просты! Но он слишком сложен. Кроме покупки Пропащей Земли и женитьбы на этой французской графине, я ничего не сумел разобрать.
– Значит, ты пытался его прочесть?
– Признаюсь, что пытался - и потерпел неудачу. Читать в сердце Романа все равно, что спускаться в извилистый лабиринт. Он слишком хорошо скрывает свои побуждениям чувства. Может быть, потому, что он и сам их плохо понимает. Он всегда отличался от нас.
– Да, - сказал Анатоль. - Если б моя тетка не была столь добродетельной дамой, я решил бы, что она с кем-то согрешила.
– Это невозможно. Жены Сентледжей никогда не изменяют мужьям.
«Никогда? - подумал Анатоль. - Даже в мыслях?»
Мариус продолжал:
– Все мы знаем, что иногда на свет появляются Сентледжи, лишенные нашего необычного дара. Роман - один из них.
– Он должен бы считать это благословением божьим.
– Однако не считает. Я часто чувствовал, что ему больно быть Сентледжем по рождению, а не по духу. Может быть, поэтому он всегда завидовал тебе.
– Завидовал мне? - не веря своим ушам, повторил Анатоль.
– Да. Твоей тайной силе, твоему положению главы рода, тем более, что сам почти ничего не получил в наследство.
– К чему ты клонишь, Мариус? - нетерпеливо спросил Анатоль. - Хочешь, чтобы я пожалел этого негодяя?
– Нет. - Мариус вздохнул. - Всего лишь пытаюсь сказать, что зависть разъедает душу человека куда быстрее, чем любая болезнь разрушает тело. Зависть может сделать человека более опасным, чем самое страшное безумие. И я боюсь, что на исцеление Романа нет никакой надежды.
Печально и прямо глядя в глаза Анатоля, Мариус закончил:
– Ты должен остерегаться его.
И с этими словами покинул замок Ледж.
14
Медлин не могла заснуть.
Поднявшись к себе в спальню и раздевшись, она долго сидела в ночной рубашке перед зеркалом, рассеянно расчесывала волосы и прислушивалась, ловя скрип половицы или стук открывшейся двери - словом, любой звук, который подтвердил бы, что Анатоль поднялся наверх, что этот упрямец не истек кровью в гостиной.
Она твердила себе, что напрасно тревожится о человеке, который так унизительно с ней обошелся, но все же продолжала прислушиваться, презирая себя за слабость.
Однако все звуки заглушались раскатами грома. Снаружи бушевала гроза, оконные переплеты сотрясались от порывов ветра, дождь тысячами стрел вонзался в стекла. Словно восстала ото сна вся земля Сентледжей и мстительной фурией ополчилась на женщину, которая посмела усомниться в ее любимейшей легенде.
Медлин подошла к окну, отдернула тяжелые парчовые портьеры и с вызовом посмотрела в кромешную тьму грозовой ночи. Если она навлекла на себя гнев тайных сил, у нее хватит смелости понести кару.
Никакая кара не может быть хуже того, что случилось внизу, когда все Сентледжи от нее отвернулись, а муж отправил ее в постель, словно провинившуюся школьницу.
Она прижалась лицом к стеклу, словно для того, чтобы подразнить судьбу, но ничего не случилось. Гром все так же неодобрительно гремел, и молнии полыхали в небе, озаряя унылый ландшафт с кривыми деревьями и ленту дороги, уходящей от замка Ледж.
Бывает ли в этом краю какая-нибудь иная погода, кроме ненастья? Медлин пожалела Сентледжей, которым пришлось возвращаться домой в столь бурную ночь. Они уже должны были разъехаться, если только не остались с Анатолем, чтобы за рюмкой портвейна обсудить его неудачную женитьбу. Она не сомневалась, что все они теперь твердо уверены - Фитцледж совершил чудовищную ошибку.
В жизни Медлин всегда не хватало тепла и искренних привязанностей, и то, что она упала в глазах Сентледжей, ранило ее, но не так сильно, как воспоминание о лице Анатоля в тот миг, когда он отверг ее помощь.
А все потому, что она оказалась достаточно безрассудной, чтобы согласиться с Романом. Но какой еще разумный ответ могла дать Медлин, когда речь, шла о вечной любви и предназначении Сентледжей? Как это описывал Зак? «Два сердца сливаются в один миг, две души соединяются навечно». Прекрасная романтическая сказка. Вот только Анатолю, как и ей самой, должно быть, очевидно, что протекло уже немало мгновений, а страстной любви между ними нет и в помине - и, видимо, не будет. Какого же ответа он ожидал? Медлин знала одно: ее слова принесли мужу глубокое разочарование. И в этом не было ничего нового. С самой первой их встречи Анатоль только и делал, что разочаровывался - ведь Медлин была совсем не похожа на невесту Сентледжа.
Она не была прирожденной наездницей и не могла вселить в мужчину безумную страсть. Не могла даже разделить его веру в семейную легенду.
В безмерном отчаянии девушка прижалась лбом к стеклу. Сквозь негодование и гнев пробивались слезы… но она твердо решила, что не заплачет.
Сегодня и без того довольно сырости. Если нелегко смотреть на пустую постель, надо найти более разумное занятие, чем орошать подоконник слезами и доводить себя до головной боли.
Тихонько всхлипнув, Медлин принялась собирать разбросанную по комнате одежду. Посылать за новой горничной ей не хотелось.
Бесс Киннок была опрятной и послушной девушкой, но ее упорный взгляд и вечное уныние иногда раздражали Медлин. Вид скорбного лица не самое лучшее средство от дурного расположения духа.
Взяв со спинки стула свое зеленое платье, Медлин попыталась убрать его в переполненный гардероб. При этом из недр шкафа вывалились две шляпные картонки и еще что-то твердое. Девушка едва успела отскочить, спасая босые ноги, и тяжелый предмет со стуком упал на ковер.