Ливай, наконец, очнулся и часто заморгал. Он обвёл всех пустым ничего не выражающим взглядом, и остановился на мне. Глаза красные, уставшие и злые.
— Надо идти, — я ожидала любую фразу кроме этой. — Собираем выживших и выдвигаемся в столицу.
Я моргнула и отстранилась. Вот так просто, да? А спасибо? Нет, я поняла, что ты суров и властен, но можно ко мне хоть капельку внимания?
— Идите, я наведу порядок, — Армандо выпрямился и, набросив на голову капюшон и закрыв лицо маской, направился к телу монстра.
— Эльда бра сет! — Звучно раскатился голос по опустевшим улицам.
Мне показалось, серебристые узоры на плаще заискрились. Мёртвое чудовище и его маленьких сородичей поглотил слепящий свет. Мы с Ливаем и Заком отвернулись, жмуря глаза, Армандо стоял, патетично раскинув руки, будто певец на сцене.
— Ты здорово себя показала, Данушка, — Зак подал мне руку и помог подняться. — Сейчас погрузимся и сможешь нормально отдохнуть. Если позволишь, я расскажу тебе о нашем мире всё, что тебя интересует.
— Армандо расскажет, — холодно отрезал Ливай, решивший проверить ремешки седла Одуванчика. — И её зовут Диана, — отрешённо исправил он.
Ого.
Хоть и неинтересно было, а всё же запомнил? Приятно.
Ливай закончил затягивание ремешков и протянул мне руку.
— Садись. До поезда далеко, а у тебя обувь неудобная. Лучше по воздуху.
Он удивляет меня всё больше. Заметил, что я на каблуках!
— Армандо нельзя в поезд, — встрял Зак. — Тем более с настолько особенной иномиркой. Мы не доедем.
— Виверны выдохлись. Длинный перелёт никто не осилит, — Ливай усадил меня в седло. — Держись крепче. Здесь петлю пристегнул. На запястье намотай, легче будет. Наш вагон первый от головы. Одуванчик знает.
Я рассеянно кивнула. Вспомнила, что до этого держалась только благодаря тому, что он крепко прижимал меня к себе, а теперь что, одну отправит?! Но вдев руку, как он показал, поняла, что чувствую себя уверенно. Я уже летала, петля выглядит надёжной и, в принципе, мне интересно. Да и после фигур высшего пилотажа в исполнении Одуванчика, меня не напугать.
— Почему его зовут Одуванчик? — не удержалась я.
— Любит нюхать одуванчики. — Пожалуй, только Ливай мог произнести эту фразу с той же суровостью, что и отдавал приказ собрать выживших солдат. — Армандо говорит, что у всех есть скрытое чувство прекрасного. Одуванчик его отыскал.
Мне показалось или Ливай и Зак посмотрели на виверну с завистью, будто он постиг то, что им не дано.
Я наклонилась вперёд и осторожно коснулась чешуйчатой кожи. Прикольный. Никогда не трогала ничего похожего. Горячий и шевелиться. Божечки, неужели я не сплю и не свихнулась?! Хотя нет. Я вышла за мужика, который женился на только, чтобы я уговаривала его вылезти из жуткой и опасной твари (или не только?). Я точно свихнулась.
— Летите, — скомандовал Ливай. — Я организую поиски выживших и раненых, а потом прилечу с Армандо.
— Ты же не отправишь её одну? — Зак поднял брови. — Мало ли.
Ливай поджал губы. Судя по его лицу, так он и планировал.
— Ладно, всё порядке. Я сопровожу, — Зак вывел с другой стороны своего дракона. Или виверну. В чём разница-то?
Ливай бросил на него, а после на меня быстрый короткий взгляд. Будто кинжал метнул. Немного помолчал и кивнул.
— Хорошо.
Я хотела пожелать ему удачи, но Ливай развернулся и пошёл в дым. На Зака я посмотрела с обречённой тоской:
— Домой совсем никак нельзя? У меня там…
А что там? Консерватория? Родители и всё в общем-то. Игоря в моей жизни больше не будет, друзей не появилось. Спасибо бывшему, считавшему их тупыми и скучными.
— Я понимаю, — неожиданно улыбнулся Зак. — Всё непонятно и сложно, особенно брак с Чудовищем, но ты можешь выбрать другого мужа из чёрных стражей. Он ничего не сделает.
— Это… правда не мой мир? Но… почему? Ты сказал есть другие? Много? И что, никто не пробовал вернуться? — я вываливала на него поток вопросов, не позволяя ответить. Каждый следующий казался важнее предыдущего. — Кто эти твари? Почему одни маленькие, а другие как тот? Что они делают с людьми? Откуда приходят? Я… правда умерла?
Зак широко улыбнулся. Потянув повод, он заставил виверну подойти к Одуванчику вплотную и протянул мне руку. Я вскользь коснулась его пальцев. Странный жест, но стало спокойнее. Будто мне не хватало касания другого человека.
— Давай, мы уберёмся с этого кладбища, и я всё тебе расскажу?
— Хорошо, — кивнула я и глянула туда, куда ушёл Ливай. — А почему вы называете его Чудовищем?
— А самой неясно? С ним невозможно общаться. Он жестокий палач, не задумывающийся об окружающих. Знаешь, почему ему удаётся убивать монстров и захватывать самых громадных Пожирателей? — Зак опустил подбородок. — Он — один из них. Просто родился в человеческом обличии.